Миллион за свободу: как российское судно покинуло французский порт
Задержанный в конце мая в Атлантике нефтяной танкер Tagor наконец вышел из-под ареста. Как сообщает прокуратура Бреста, суд постановил снять административное ограничение после того, как владелец судна выплатил штраф — ровно один миллион евро. Причина претензий — отсутствие флага и нарушения требований мореплавания.
По данным трекинговых сервисов, танкер уже покинул залив Дуарнене, где стоял на якоре больше месяца. Сейчас он движется в юго-западном направлении от французского побережья. Скорость — около 10 узлов, это примерно 18,5 километра в час. Куда именно направляется судно — пока не раскрывается, но направление указывает на выход в открытый океан.
Инцидент произошёл ещё 1 июня. Тогда президент Франции Эмманюэль Макрон лично объявил, что военно-морские силы республики при поддержке британских и других партнёров перехватили танкер, который шёл из России и, по данным Парижа, находился под санкциями. Судно задержали, экипаж допросили, а само судно поставили на якорь в заливе Дуарнене.
Всё это время шли разбирательства. Владельцу танкера вменяли отсутствие государственной регистрации — судно ходило без флага, что само по себе грубое нарушение морского права. Кроме того, выяснились претензии по несоблюдению других норм судоходства. В итоге стороны пришли к соглашению: штраф в миллион евро, после чего арест снимается.
Для французской стороны это, судя по всему, стало принципиальным моментом. Макрон тогда подчеркнул, что Париж будет жёстко пресекать попытки обхода санкционного режима. Задержание Tagor — один из самых громких случаев в Атлантике за последнее время.
Для судовладельца выплата миллиона — возможно, не самая большая потеря. Гораздо важнее, что судно наконец может продолжать рейс. Сколько времени оно потеряло из-за простоя — тоже вопрос. Но теперь Tagor свободен.
Официальные комментарии от российской стороны по этому поводу пока не поступали. Ранее в Москве не раз заявляли, что действия Франции по задержанию судна незаконны и являются очередным проявлением недружественной политики. Теперь инцидент исчерпан де-факто, хотя правовые последствия для обеих сторон ещё могут обсуждаться.