Парадокс российской экономики: зарплаты растут, а работников всё нет
Казалось бы, мечта: компании готовы платить рабочим суммы, о которых офисные менеджеры только вздыхают. Но вакансии висят месяцами. Парадокс, который сегодня определяет лицо российского рынка труда, — деньги есть, а рук нет.
Цифры Росстата рисуют почти идиллическую картину. Реальные зарплаты в январе подскочили на 8,6%. Средняя номинальная зарплата второй месяц подряд держится выше психологической отметки в 100 тысяч рублей. А в четырёх отраслях — от воздушного транспорта до добычи нефти — средний доход перевалил за 200 тысяч. Ещё пару лет назад такого не было ни в одной сфере.
Рынок труда ещё не остыл. Зарплаты всегда реагируют на спад в экономике с запозданием. Но сейчас ситуация особая — дефицит кадров в России стал структурным, — объясняет профессор Финансового университета Анна Глебова.
И вот здесь начинается самое интересное. Экономика показывает минус, а зарплатная гонка только набирает обороты. Почему? Ответ прост и сложен одновременно: нехватка квалифицированных специалистов достигла такого масштаба, что работодатели вынуждены буквально перекупать друг у друга остатки кадров. Основные драйверы роста — дефицитные сферы. Около двух третей всех открытых вакансий — это рабочие специальности и розница.
Возьмите историю со сварщиками. Сервисы по поиску работы пестрят объявлениями с зарплатой от 260 тысяч рублей. Это не единичные случаи для суперспециалистов, а массовая практика. Но высокооплачиваемая вакансия не гарантирует быстрого закрытия. Компании месяцами ищут одного человека.
Проблема в том, что рынок труда в России сегодня разорван надвое. С одной стороны — переизбыток резюме в «белых воротничках» секторах, где конкуренция за место огромна. С другой — пустыня там, где нужны руки и конкретные профессиональные компетенции. В ритейле на одно место претендуют в среднем 2,8 человека. В медицине — 4,2. А на ту же вакансию сварщика или водителя дальнобоя — часто ноль целых, ноль десятых.
Эксперты видят корни проблемы в нескольких явлениях, наложившихся друг на друга. За последние годы в стране выросло число новых производств и логистических центров. Им нужны токари, фрезеровщики, крановщики, кладовщики. А молодёжь, как отмечают кадровики, к физическому труду в цеху или на складе готова не всегда. Многие выбирают вузы, после которых оказываются с дипломом, но без востребованной профессии.
Второй фактор — демография. Трудоспособное население сокращается, а пенсионная волна бьёт именно по рабочим профессиям, где опыт ценится особенно высоко. Восполнить ушедших на пенсию станочников или строительных мастеров некому.
Третий, и perhaps самый болезненный, — продолжающаяся утечка мозгов и рук. Речь не только о программистах. Релокация специалистов коснулась и инженеров, и технических супервайзеров, и даже высококвалифицированных рабочих, которых с радостью принимают в странах ближнего, а иногда и дальнего зарубежья. Трудовая миграция работает в обе стороны: кого-то мы привлекаем, но кого-то и теряем.
Что делают компании? Они идут на всё. Повышают оклады, предлагают бонусы за выход на смену, оплачивают питание и жильё. Но часто этого недостаточно. Приходится искать рабочую силу за пределами страны. Активно идёт привлечение работников из государств Центральной Азии. Всё чаще звучат разговоры о поиске кадров в дальнем зарубежье — например, в странах Азии или Ближнего Востока.
Но и это не панацея. Иностранных работников нужно обучить, адаптировать, решить вопросы с документами. На это уходят месяцы, а бизнес простаивать не может.
Ситуация привела к любопытному феномену. Средний срок поиска работы в России, по данным Роскачества, вырос до 5,5 месяца. Это не просто цифра. Это тревожный сигнал о том, что соискатели и работодатели живут в параллельных реальностях. Одни шлют резюме на позиции, где мест нет. Другие не могут найти людей на те места, что есть.
Зарплатные ожидания кандидатов зачастую не совпадают с предложениями по «офисным» специальностям. А там, где платят много, либо не хватает квалификации, либо люди просто не готовы к таким условиям труда — вахтовый метод, физические нагрузки, удалённость от дома.
Что будет дальше? Эксперты сходятся во мнении, что тренд на рост зарплат в дефицитных секторах сохранится. Экономика может замедляться, но потребность в конкретных исполнителях никуда не денется. Компаниям придётся ещё больше инвестировать в обучение внутри, растить кадры с нуля и выстраивать целые системы мотивации, чтобы удержать тех, кто есть.
Государство, со своей стороны, пытается перезапустить систему профобразования, сделать рабочие профессии снова престижными. Но это долгий путь.
Пока же картина такова: в одних сферах царит жестокая конкуренция, где берут только «своих» или по рекомендации. В других — отчаянный поиск сотрудников, где требуются работники здесь и сейчас. И этот разрыв, судя по всему, будет определять лицо российского рынка труда ещё не один год. Зарплаты будут высокими там, где людей нет. А вопрос «почему не берут на работу» будет звучать всё чаще от тех, чьи навыки рынку больше не нужны.