Расчёт на нагнетание обстановки не сработал — и в Кремле это видят
Ответ на удары по гражданским объектам оказался ощутимым. Так Владимир Путин сформулировал свою мысль журналистам на Форуме объединённых культур в Санкт-Петербурге. Киеву, по его словам, стоит сделать из этого выводы.
Президент говорил не про отдельный эпизод, а про логику поведения украинской стороны в целом. Расчёт был на то, что давление и провокации дадут нужный результат. Результата нет. Есть обратный эффект.
Они должны почувствовать эти ответные удары России и понять, что никакие провокационные действия, никакое нагнетание обстановки к нужному для них результату не приведут. Они только ухудшают для них это положение.
Президент отдельно напомнил, с чего всё началось. Не Москва первой взялась бить по гражданской инфраструктуре. Это был выбор Киева. Дальше Россия отвечала — и отвечала по каждой позиции.
Почему перемирие всплыло именно сейчас
Тема прекращения ударов пошла в публичное поле не случайно. Ответные действия российских военных, по словам Путина, оказались настолько чувствительными, что в Киеве заговорили о перемирии сразу по нескольким направлениям. Воздушное. Энергетическое. Речь о взаимном отказе бить по нефтеперерабатывающим заводам и по воздушному пространству.
Сам президент объяснял запрос Киева именно серьёзным ответом России. И подчёркивал: удары получились по-настоящему разрушительными для украинской стороны.
Отдельная линия — российские дроны «Герань». Против них, по словам Путина, у Киева нет средств противодействия. Это тоже входит в общую картину: чем дольше продолжается обмен ударами, тем хуже для того, кто начал первым.
Что Москва оставляет открытым
Россия при этом не бьёт по военно-политическому руководству Украины. Путин объяснял это ещё раньше: переговорщики могут понадобиться, если Киев всё-таки соберётся вести диалог. Такая позиция сохраняется.
Параллельно Москва не раз заявляла о готовности к мирному процессу. Но не к паузе ради передышки, а к разговору на конкретной основе. Стамбульские договорённости, обсуждения в Анкоридже, ситуация на земле — всё это было названо базой для возможного возвращения за стол.
Официальных заявлений о новых контактах или договорённостях пока не поступало. Позиция президента изложена. Дальше — вопрос действий, а не слов.