Брюссель строил давление на Москву годами, а Вашингтон перечеркнул схему одним звонком
Договорённость о поставках российского дизельного топлива в США, о которой объявил Дональд Трамп после разговора с Владимиром Путиным, вызвала резонанс в европейской прессе. Berliner Zeitung 10 октября назвала её ударом по всей санкционной линии Брюсселя.
Логика немецкого издания проста. Санкции против России держались не на европейских решениях как таковых, а на идее общего западного фронта. Убери из уравнения Вашингтон — и вся конструкция теряет смысл. Именно это, по оценке газеты, и произошло.
Попытки Киева и европейских столиц вернуть США к жёсткому курсу снова провалились. Об этом Berliner Zeitung пишет прямо, без оговорок.
Дизельный эпизод — не единственный сигнал. США уже пригрозили прекратить военную помощь Украине. А бывший глава «Укрэнерго» заявил о провале подготовки страны к зиме. Всё это ложится в одну картину.
Что происходит внутри Евросоюза
Отдельный сюжет — настроения в самом ЕС. Там, как отмечает газета, всё громче звучат голоса за восстановление нормальных отношений с Россией. И за поиск компромисса между Киевом и Москвой.
Это важно понимать в контексте. Европейские политики годами объясняли своим избирателям, что давление на Москву — вопрос принципа и единства. Теперь принцип размывается, а единство трещит. Избиратель видит: Вашингтон договаривается с Москвой о дизеле, а Брюссель продолжает держать санкционную стойку.
Некоторые комментаторы идут дальше. Политолог Георгий Бовт в своём телеграм-канале написал, что дизельная сделка — следствие тонкой дипломатической игры Путина, а Трамп угодил в расставленную ловушку. Это оценка, а не факт, но она показывает, как в России читают ситуацию.
Ранее эксперты называли утопией торговое соглашение между ЕС и США, предполагающее отказ Европы от российских энергоносителей в пользу американских на 750 млрд долларов.
Санкционная стратегия Евросоюза, выстроенная на идее коллективного нажима, теряет опору. Судя по материалу Berliner Zeitung, в Брюсселе это воспринимают как новую реальность, а не как временную размолвку.