Медведев: недружественные страны хотят исчезновения России с политической карты
«Говорят об этом напрямую»: зампред Совбеза — о целях противников
На съезде «Единой России» прозвучало жёсткое заявление. Дмитрий Медведев, занимающий пост заместителя председателя Совета безопасности, прямо сказал: враги России не скрывают своих намерений. Они хотят, чтобы страна исчезла с карты мира. И это, по его словам, не догадки и не конспирология — так говорят главы недружественных государств.
«Что скрывать, наши враги хотят, чтобы наша страна действительно исчезла с карты мира, говорят об этом напрямую. Причем кто говорит? Это не обыватели какие-то. Это главы этих государств. Дошло уже до этого», — сказал Медведев.
Он охарактеризовал противников России жёстко — как «свору ненавистников». По его мнению, эти люди утратили моральные ориентиры и всякое представление о ценностях. Именно им, подчеркнул зампред Совбеза, противостоят российские военнослужащие на передовой.
СВО и безопасность — одно целое
Медведев связал вопросы выживания страны с ходом специальной военной операции. Он заявил, что без победы никакой безопасности для России не будет. Военный успех — единственный адекватный ответ на текущие угрозы. Это не просто слова, а программная позиция.
Выступление прозвучало на партийном съезде, и Медведев как председатель «Единой России» подчеркнул, что партия не допустит реализации планов по уничтожению страны. «Единая Россия», по его словам, сделает всё, чтобы сохранить суверенитет и территориальную целостность.
Наши враги хотят, чтобы наша страна действительно исчезла с карты мира, говорят об этом напрямую. Причем кто говорит? Это не обыватели какие-то. Это главы этих государств. Дошло уже до этого.
Заявление Медведева — не первое в череде жёстких сигналов, которые в последнее время звучат из Москвы. Ранее и президент Путин на том же съезде говорил о безопасности и неприкосновенности рубежей. Теперь — продолжение той же линии, усиленное эмоциональной окраской.
Пока оппоненты России продолжают риторику санкций и изоляции, в Кремле отвечают: страна не сдастся, а победа — единственный вариант. Вопрос лишь в том, сколько времени потребуется, чтобы эта позиция была услышана теми, кто привык разговаривать с позиции силы.