Дефицит федерального бюджета

Минфин готовится перекраивать главный финансовый документ страны из-за новой внешней реальности

Всё шло по плану, но мир решил иначе. Глава Минфина Антон Силуанов заявил, что параметры федерального бюджета на текущий год придётся менять. Причина — изменившаяся глобальная обстановка. Никаких сенсаций, но для тех, кто следит за движением государственных денег, это сигнал: прежние расчёты устарели.

Силуанов дал интервью «Коммерсанту», где объяснил логику власти. Смысл простой — внешняя конъюнктура уже не та, что закладывалась в закон о бюджете. Значит, нужно оперативно пересчитывать доходы и расходы.

Он подчеркнул: даже при ухудшении условий государство не откажется от взятых социальных и инвестиционных обязательств. Звучит красиво, но на практике это означает, что на одни статьи расходов придётся добавить, а с других — срезать. Вопрос лишь в том, где именно.

«Это требует от нас оперативно и гибко реагировать на возможные вызовы в ходе исполнения бюджета», — констатировал министр.

По сути, это признание: стабильность, которую обещали, держится на постоянной подстройке. Корректировка бюджета — процедура стандартная, но в нынешних условиях каждое движение Минфина под лупой. Особенно когда дефицит и так планировали сокращать до 3,8 триллиона рублей, или 1,6% ВВП. Теперь эти цифры под вопросом.

Силуанов также напомнил, что задача Минфина и Центробанка — держать сбалансированный бюджет. То есть следить, чтобы расходы не разбежались, а финансовая устойчивость системы не дала трещину. Бюджетное правило, которое ужесточили в апреле, как раз про это — оно ограничивает траты при высоких ценах на нефть и копит резервы. Но если внешняя конъюнктура падает, правило начинает работать в обратную сторону, и тут без корректировки не обойтись.

Любопытно, что параллельно Силуанов допустил возобновление валютных операций в рамках бюджетного правила раньше июля. Это значит, что механизм покупки валюты на сверхдоходы может заработать быстрее, чем предполагалось. Для рынка — сигнал, что Минфин видит стабилизацию. Но для бюджета — дополнительный фактор, который тоже надо учитывать при пересчёте параметров.

Пока Минфин ищет баланс, глава Минэкономразвития Максим Решетников уже выдал позитив: экономика России справляется с ограничениями. Мол, санкционное давление не сломало систему, бизнес адаптировался, производство растёт. Это значит, что налоговая база не рухнет, и у бюджета есть подушка. Но вот хватит ли этой подушки, чтобы и обязательства исполнить, и дефицит не раздуть, — большой вопрос.

Основным источником покрытия дыры в казне остаются государственные заимствования. Власти выходят на рынок с облигациями, занимают у банков и населения. Пока спрос есть, но проценты по займам растут. Чем выше ключевая ставка, тем дороже обслуживание долга. А значит, часть новых заимствований уйдёт на погашение старых процентов. Разгонять такой маховик бесконечно нельзя.

Получается картина: внешняя конъюнктура давит, расходы сокращать нельзя, дефицит планируют закрывать займами, а Минфин вручную подкручивает бюджетное правило и график валютных операций. Ребята явно не сидят сложа руки.

Для простого человека корректировка госбюджета в новостях — это абстрактные миллиарды. Но на деле каждое изменение параметров отражается на индексации пенсий, зарплатах бюджетников, субсидиях регионам и инфляции. Если казна пересчитывает свои планы, значит, и наши личные финансы скоро почувствуют это.

Пока Силуанов заверяет: всё под контролем, обязательства — святое. Но когда бюджет перекраивают на ходу, единственное, что можно загадывать, — в ближайшие полгода будет интересно. И не всем.