Дипломатический диалог

Зеленский написал Путину: попытка начать большой разговор или жест отчаяния?

Павел Орлов

Политолог объяснил, что открытое письмо Зеленского — не мирный план, а попытка задать рамки для возможных переговоров

На сайте президента Украины 4 июня появилось открытое письмо Владимира Зеленского Владимиру Путину. Формально — предложение о личной встрече. По сути — попытка перевести публичную перепалку в формат прямого диалога лидеров. Политолог Илья Гращенков назвал это попыткой заново сформировать рамку возможного разговора о завершении СВО.

«Главное здесь даже не сама риторика Киева, которая ожидаемо остается жесткой. Гораздо важнее другое — Зеленский фактически предлагает перейти от публичной полемики, взаимных обвинений и дипломатических маневров к формату личного политического решения. То есть к разговору лидеров, где финальная ответственность уже не может быть переложена на делегации, технические группы или посредников», — считает Гращенков.

По его словам, в этом письме для России важно увидеть не только выпад, но и сигнал. Зеленский перечисляет конкретные пункты: личная встреча на нейтральной площадке, прекращение огня на время переговоров, обмен пленными, возвращение гражданских и детей, обсуждение гарантий безопасности. Но это, по мнению политолога, не готовый мирный план, а скорее попытка обозначить стартовые условия для большого политического разговора.

Киев работает на три аудитории одновременно. Западу показывает: мы готовы к переговорам, но не к капитуляции. Москве — время тоже работает против вас, надо договариваться. Собственному обществу — власть не отказывается от завершения СВО, но хочет сделать это с гарантиями.

Реакция Москвы была сдержанно-скептической. На ПМЭФ 4 июня Путин заявил, что в случае переговоров с Зеленским сказал бы ему: «Слава богу, что все это закончилось». Но предварительных контактов не анонсировал. Власти РФ не раз подчеркивали: условия для встречи должны быть реалистичными, а не пропагандистскими.

Письмо Зеленского многие эксперты назвали «писаниной проигрывающего войну». Мол, Киев пытается информационно продавить Россию, когда военная ситуация складывается не в его пользу. Российские войска наступают по всей линии боевого соприкосновения. И в таких условиях любое предложение о переговорах выглядит либо как тактическая пауза, либо как попытка переложить ответственность за продолжение войны.

Тем не менее, сам факт письма — событие. Война в публичном пространстве перешла в новую фазу. Зеленский публично признаёт: нужен разговор на высшем уровне. Осталось понять, готов ли к этому Кремль. Пока официальных заявлений о подготовке встречи нет. Но в дипломатии тишина иногда значит больше, чем громкие слова.

«Хочешь мира — говори о мире. В Кремле не устают повторять»

Павел Орлов

Песков снова подтвердил: Москва не закрывает дверь для переговоров с Киевом

В Кремле в очередной раз заявили — Россия готова к мирным переговорам. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на брифинге повторил позицию: Москва сохраняет открытость к дипломатическому урегулированию конфликта. «Мы, ещё раз повторяю, сохраняем свою открытость к мирным переговорам», — цитируют его федеральные каналы.

Слова прозвучали на фоне продолжающихся ударов по военной инфраструктуре Украины. Песков пояснил: эти действия — системная работа, направленная на снижение боевого потенциала ВСУ. И если Киев продолжит затягивать переговорный процесс, спецоперация будет продолжаться. Никаких сенсаций — позиция давно известна. Но каждый раз такие заявления напоминают: дипломатический трек не заброшен, хотя на поле боя горячо.

Одновременно в Брюсселе глава евродипломатии Кая Каллас заявила, что Евросоюз не может быть беспристрастным посредником по Украине. Мол, ЕС занимает позицию Киева и защищает свои интересы. Такая постановка вопроса, мягко говоря, не способствует прогрессу. Для Москвы это лишнее подтверждение: полноценный диалог возможен только напрямую или через нейтральных игроков.

«Условия завершения конфликта просты: готова ли украинская сторона договариваться? В Кремле считают, что пока ответ отрицательный».

Почему тема переговоров всплывает снова и снова? Ответ лежит на поверхности — ни одна из сторон не добилась решительного перелома. Военное решение зашло в тупик, жертв с каждым днём больше, а экономики обеих стран несут колоссальную нагрузку. При этом Киев официально запретил переговоры с Москвой на законодательном уровне. И это, пожалуй, главный камень преткновения.

Песков в очередной раз подчеркнул: Россия не отказывается от мирного урегулирования. Но диалог невозможен, пока украинская сторона не проявит встречную волю. Пока же — системные удары по объектам, которые использует противник. И никаких признаков того, что Киев готов сесть за стол.

Ещё один важный нюанс — тема терактов. В Кремле заявляют: Киев продолжает совершать бесчеловечные атаки на гражданские объекты. Это, по логике Москвы, ещё один аргумент против переговоров в текущих условиях. Но при этом дверь не захлопывают — держат приоткрытой, на случай если на той стороне поумнеют.

Международный контекст тоже не добавляет оптимизма. Помимо ЕС, свою роль пытаются играть и другие страны — от Турции до стран Глобального Юга. Однако пока ни одна инициатива не привела к реальному прекращению огня. Стороны застряли в циклических повторах: Москва говорит о готовности к диалогу, Киев настаивает на своих условиях, Запад подливает масла в огонь оружием и заявлениями.

Что дальше? Судя по риторике, переговоры — не вопрос ближайшего времени. По крайней мере пока украинская сторона не будет готова обсуждать нейтральный статус, границы и гуманитарные аспекты. В Кремле это понимают и продолжают действовать по плану: военная операция параллельно с дипломатическим зондированием. Сторонам остаётся только ждать — кто первый устанет от бесконечного цикла «удар-переговоры-удар».

«Разберёмся без нервов»: Пашинян нашёл формулу для отношений с Москвой

Павел Орлов

Премьер Армении пообещал спокойно урегулировать все разногласия с Россией, но контекст сложнее

Ну, пообещать — не значит жениться. Но когда премьер-министр Армении Никол Пашинян говорит «спокойно, без нервов», это хотя бы звучит лучше, чем ультиматумы. В ходе брифинга 28 мая в Ереване он заявил, что все проблемные вопросы в отношениях с Россией будут урегулированы именно так — без лишнего шума и дёрганья.

Цитата: «Наша стратегия остается прежней: мы с российскими коллегами спокойно, без нервов поработаем и решим все вопросы». Сказано — как отрезано. Но что стоит за этой фразой? А за ней — целый клубок противоречий, который завязался ещё пару лет назад.

Пашинян сейчас ходит по тонкому льду. С одной стороны, Армения официально не выходила из Евразийского экономического союза и продолжает пользоваться преференциями от членства в ЕАЭС. С другой — официальный Ереван всё активнее смотрит в сторону Европы. Процесс вступления в Евросоюз уже запущен на уровне заявлений. И вот тут начинаются проблемы. Президент России Владимир Путин чётко обозначил: если Армения пойдёт в ЕС, членство в ЕАЭС автоматически прекращается. А это потеря льготных пошлин, доступа к общему рынку, беспошлинной торговли — всего того, что давало республике ощутимую экономическую выгоду.

«Спокойно и без нервов» — это, по сути, попытка усидеть на двух стульях. Но стулья эти разъезжаются.

Отдельная линия напряжения — энергоносители. Россия — основной поставщик газа и нефтепродуктов в Армению. Переговоры по этим позициям идут уже не первый месяц. Недавно в Москве даже прозвучала угроза прекратить поставки, если Ереван продолжит дрейф в сторону ЕС. Пашинян на это отвечает: будем работать дальше, терпеливо. Но терпение — ресурс небезграничный.

Ещё один острый угол — железная дорога. Напомним, сейчас вся железнодорожная инфраструктура Армении находится в управлении «дочки» российских РЖД — ЗАО «Южно-Кавказская железная дорога». Пашинян недавно в разговоре с жителями села Гохт поднял вопрос о пересмотре этой схемы. Мол, пора возвращать контроль над стратегическим объектом. Это уже прямая заявка на пересмотр договорённостей, которые действуют больше десяти лет.

Диалог между Москвой и Ереваном продолжается, но он всё больше напоминает переговоры в условиях, когда одна сторона хочет сохранить статус-кво, а другая — кардинально его изменить. Пашинян даёт понять: резких движений не будет. Никаких демаршей, никаких хлопков дверью. Всё чинно, благородно, «без нервов». Но сама тональность — постоянные реверансы в сторону Европы, попытки диверсифицировать экономические связи — говорит о том, что время простых решений прошло.

Пока стратегия Армении — не рвать отношения с Москвой, но постепенно снижать зависимость. Вопрос только в том, готовы ли в Кремле ждать, пока этот процесс дойдёт до точки невозврата. Или «спокойная работа» закончится жёстким ультиматумом.

В Кремле констатировали: ЕС так и не удосужился позвонить по поводу переговоров

Павел Орлов

Песков разъяснил, что европейские разговоры о мире — это пустая болтовня, а не реальные инициативы

Сначала они громко требуют, потом громко обсуждают, кто будет говорить. Но в трубку так и не набрали.

В Кремле внесли ясность в вопрос переговоров с Европейским союзом. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил: никаких официальных обращений от Брюсселя не поступало. Агентство ТАСС задало прямой вопрос — выходили ли страны ЕС с предложением о диалоге. Ответ был коротким и не оставлял пространства для манёвра.

«Нет, не выходили», — сказал Песков.

Всё, что сейчас происходит в европейских столицах, — это разговоры ради разговоров. Сам представитель Кремля назвал это квазисхоластикой. Термин редкий, но точный: вроде и рассуждают о переговорах, создают комиссии, подбирают кандидатов, а по факту — никаких практических шагов. Москва открыта к диалогу, это не раз подчёркивал и президент Владимир Путин. Но для диалога нужны двое.

Показательна и позиция главы евродипломатии Каи Каллас. Пока её коллеги на неформальной встрече на Кипре обсуждали возможные форматы, она выступила резко против. Каллас заявила, что не видит смысла даже обсуждать кандидатуру представителя Евросоюза для разговора с Россией по урегулированию ситуации на Украине. То есть внутри самого ЕС нет единства — одни хотят искать выход, другие блокируют любые попытки.

Это напоминает старую схему: Европа хочет, чтобы Киев воевал, а Россия прекратила воевать, но при этом никто не хочет садиться за стол. Сначала звучали ультиматумы про сокращение российской армии, теперь — борьба за право вести переговоры. А в Кремле фиксируют: заявок не было.

Песков также обратил внимание на имитацию бурной деятельности. В Европе любят создавать видимость процесса: заседания, коммюнике, пресс-конференции. Но когда дело доходит до конкретики — тишина. Неудивительно, что официальный представитель МИД Мария Захарова на днях ответила на аналогичные заявления Каллас строчкой из советской песни: «тихо сам с собою я веду беседу». Дипломатический фольклор в действии.

По сути, сложилась ситуация, при которой Европейский союз сам себя загнал в угол. С одной стороны, риторика требует демонстрировать твёрдость и не идти на уступки «агрессору». С другой — война затягивается, усталость растёт, и хоть какие-то контакты налаживать надо. Но никто не хочет брать на себя ответственность за первый шаг.

В Москве к этому относятся спокойно. Переговорная позиция России давно озвучена: учитывать новые территориальные реалии, нейтральный статус Украины и снятие санкций. Если в Брюсселе созреют — двери открыты. Пока же остаётся наблюдать за европейской квазисхоластикой.

Коротко: звонка не было. Всё остальное — декорации.

Свежие темы:

Ремонт дороги Ленинградская область Рейс Санкт-Петербург Влияние курса рубля на бюджет Эмоциональное заявление президента Авиаинцидент