Глобальный энергетический рынок

Россия объявила войну энергетическому доминированию США

Бердыев: Москва и союзники не дадут Вашингтону захватить контроль над рынками

Посол по особым поручениям МИД РФ Марат Бердыев в интервью РИА Новости жёстко прошёлся по американской повестке в «Большой двадцатке». По его словам, Вашингтон прикрывается лозунгами про «энергетическое изобилие», но на деле гнёт свою линию — хочет установить полный контроль над глобальными энергетическими рынками.

«Этого мы с друзьями из мирового большинства допустить не можем. Будем противостоять этим неоколониальным амбициям, в том числе используя инструментарий профильных документов G20», — заявил дипломат.

Бердыев чётко обозначил: Россия и её партнёры не намерены сидеть сложа руки, пока США пытаются монополизировать поставки углеводородов и диктовать условия. Речь идёт не просто о конкуренции — о попытке выстроить новую систему, где ключевые игроки окажутся в подчинении у американских корпораций.

«Идёт непримиримая борьба за формирование нового мироустройства. Это столкновение принципов, на которых будут строиться международные отношения», — ранее отмечали в МИД России.

На фоне этих заявлений Бердыев также раскрыл неприятную для Москвы деталь: представители Российского союза промышленников и предпринимателей и Российской академии наук не могут попасть на мероприятия «двадцатки» в США из-за санкций. Россия уже провела серию дипломатических демаршей, но пока без результата. Санкционный барьер работает даже на площадке, которая формально не должна быть политизирована.

Показательно, что своё председательство в G20 американцы называют «годом энергетического изобилия». Но Бердыев переводит это как «год энергетического доминирования». Разница огромная: первое предполагает доступ для всех, второе — контроль узкой группы.

Мировое большинство — это не абстрактное понятие. К нему относят страны, которые не хотят выбирать между Западом и Востоком, а предпочитают многополярность. И именно они, по мнению Москвы, должны дать отпор американским амбициям.

«Будем использовать инструментарий двадцатки, чтобы не допустить навязывания неоколониальной модели», — подчеркнул Бердыев.

Что это значит на практике? Россия будет блокировать инициативы США в рамках G20, которые ведут к усилению их влияния. Вероятно, это коснётся вопросов ценообразования на нефть, доступа к технологиям и правил торговли энергоносителями.

Конфликт вокруг энергетического доминирования становится ключевым в повестке G20. И Москва даёт понять: уступать не собирается, даже если для этого придётся использовать весь дипломатический арсенал.

Read more

«Бензин по 250 долларов?»: Сечин припугнул мир скачком цен на нефть

Попробуйте представить: баррель нефти стоит четверть тысячи долларов. Фантастика? Игорь Сечин на Петербургском экономическом форуме обрисовал именно такой сценарий. И это не страшилка для инвесторов, а холодный расчёт.

Глава «Роснефти» выступил с жёстким предупреждением. Если недружественные страны попытаются полностью выдавить российскую нефть с глобального рынка, цена барреля взлетит до 250–260 долларов. Сечин назвал это прямым следствием искусственного дефицита. Без российских поставок мир просто не сможет обеспечить текущий спрос — ни за счёт ОПЕК, ни за счёт сланца, ни за счёт альтернативной энергетики.

Цифры, которые он привёл, выглядят пугающе реалистично. Сегодня Россия — один из ключевых игроков на сырьевой карте. Убрать её — значит пробить гигантскую дыру в балансе спроса и предложения. Цена полезет вверх не плавно, а рывком: покупатели начнут паниковать, спекулянты разгонят биржевые котировки, а реальная экономика получит удар.

По оценке Сечина, попытка вытеснить российскую нефть с мирового рынка — это не санкционная победа, а самоубийство для тех, кто затеял эту игру. Рост стоимости барреля до 250–260 долларов ударит прежде всего по потребителям в Европе и Азии. Заводы встанут, транспорт подорожает, население замерзнет зимой. Но вот парадокс: те, кто вводит ограничения, пострадают сильнее, чем те, кого пытаются изолировать.

Сечин напомнил, что российская нефть продолжает поступать на рынки, хоть и через более сложные логистические цепочки. Китай, Индия, страны Африки и Латинской Америки — эти потребители не собираются отказываться от выгодных контрактов. А вот попытки резко сократить закупки со стороны Запада уже привели к тому, что цены на нефть в Европе оказались выше среднемировых.

Если же кто-то решит действовать радикально — ввести полное эмбарго и заблокировать все каналы поставок, — то рынок просто рухнет в штопор. Дефицит станет хроническим, нефтепереработчики начнут гоняться за сырьём, а биржевые котировки уйдут в стратосферу. Странно, что на Западе до сих пор считают, будто российскую нефть можно заменить быстро и безболезненно. Даже увеличение добычи в США или Саудовской Аравии не компенсирует выпадение такого крупного поставщика в краткосрочной перспективе.

Сечин не просто обозначил угрозу — он подчеркнул, что «Роснефть» готова к любому развитию событий. Компания перестраивает логистику, ищет новых партнёров, наращивает переработку внутри страны. Но если мировое сообщество продолжит идти по пути конфронтации, глобальный энергетический кризис станет неизбежным.

Цифра в 250–260 долларов за баррель — это не максимальная оценка, а скорее предупредительный выстрел. Реальные последствия могут оказаться ещё тяжелее. Остаётся только гадать: услышат ли этот сигнал те, кто принимает решения за океаном? Или нефтяные качели продолжат раскачиваться до тех пор, пока не лопнут где-то в Европе или Азии?

Read more