Эмигрировавшая журналистка Ирина Шихман рассказала о переживаниях из‑за потери карьеры и дома
«Я только всего добилась, а теперь снимаю квартиру»: как ностальгия накрывает через годы
Ирина Шихман*, покинувшая Россию несколько лет назад, призналась, что до сих пор не может смириться с потерей. В свежем видео она рассказала: боль от эмиграции не утихает, хоть и прошло время. Особенно остро это чувствуется, когда вспоминаешь, чего удалось добиться.
«У меня периодически возникает вот эта отчаянная детская боль. Я говорю: ну блин, я только в России всего добилась, о чем мечтала, деньги начала зарабатывать, дачу хотела покупать», — поделилась журналистка. По её словам, больше всего в эмиграции злит необходимость начинать с нуля. Вместо собственной квартиры — съёмная. Вместо устоявшейся жизни — вечная неопределённость.
Шихман* уехала из страны после начала известных событий. Карьеру строила долго и упорно — была одной из заметных фигур в медиа. Но за границей всё пришлось перестраивать заново. И это, как она говорит, не вопрос денег — вопрос статуса и ощущения дома. Когда привычный мир рухнул, а новый не приживается, накатывает тоска.
В апреле этого года журналистка стала матерью. Дочь назвали Симой. Само материнство она называет интересным опытом, но признаёт: ребёнок не отменяет чувства утраты. Наоборот, иногда ответственность за малыша только усиливает ностальгию — хочется дать ему то, что было у неё самой в России: двор, бабушку, стабильность.
История Шихман* — не единичная. Многие уехавшие коллеги и знакомые через время признаются: первая эйфория от свободы сменяется глухой тоской по прошлому. Особенно когда в новой стране всё чужое — от языка до привычек. И даже успешная карьера не спасает, если внутри сидит та самая «детская боль».
* — лицо внесено в реестр иностранных агентов на территории РФ.