Нейрохирурги получат инструмент для проверки речи на адыгейском языке
Шесть картинок, которые понимают все: как в Адыгее создают тест для операций на мозге
Сорок носителей адыгейского языка из разных диалектных групп участвовали в необычном эксперименте. Им показывали рисунки и просили назвать, что изображено. Казалось бы, простая задача. Но результаты этой работы лягут в основу медицинского инструмента, который нейрохирурги будут использовать во время операций на головном мозге.
Лаборатория экспериментальной лингвистики Адыгейского государственного университета вместе с Центром языка и мозга НИУ ВШЭ завершила сбор данных и их анализ. Речь идет о тесте для интраоперационного картирования речи. Это методика, которая позволяет врачам в реальном времени определять участки мозга, отвечающие за язык, и не задевать их при удалении тканей.
Сложность в том, что универсальных тестов не существует. Для каждого языка нужен свой набор стимулов. Пациенты-билингвы, владеющие двумя языками, требуют особого подхода: у них есть как общие зоны, так и специфические для каждого языка. Поэтому проверять нужно каждый язык отдельно.
«Универсальных тестов для интраоперационного картирования речи не существует. Для каждого языка нужен свой инструмент, и этот проект — важный шаг к персонализированному подходу в нейрохирургии для носителей адыгейского языка», — рассказала научный руководитель исследования, руководитель Лаборатории экспериментальной лингвистики АГУ Сусанна Макерова.
Работа шла по двум направлениям. Первое — тест на называние предметов. Второе — модуль на называние действий. Последний, кстати, стал основой для выпускной квалификационной работы студентки четвертого курса факультета иностранных языков АГУ Даны Химишевой.
Участникам показали 55 рисунков действий. И тут началось самое интересное. Шесть картинок дали абсолютную согласованность: все сорок человек ответили одинаково. Это «еплъы» (смотрит), «едэlу» (слушает), «ешъо» (пьёт), «егъалэ» (рисует или пишет), «мэджэгу» (играет) и «щыс» (сидит). Именно они сформировали ядро будущего теста. Максимальная предсказуемость исключает риск диагностических ошибок.
Еще двадцать стимулов показали высокую согласованность — от восьмидесяти до девяноста восьми процентов. Среди них «епэмы» (нюхает), «еджэ» (читает), «къэшъо» (танцует), «мачъэ» (бежит). Вместе с первой группой получается двадцать шесть стимулов — шестьдесят пять процентов от всего набора. Этого достаточно, чтобы рекомендовать их для следующего этапа клинической валидации.
Восемь картинок признали невалидными. Слишком большой разброс ответов — участники называли изображения по-разному, что делает такие стимулы бесполезными для диагностики.
Проект реализуется в рамках программы «Приоритет». Поддержку оказывает Центр языка и мозга НИУ ВШЭ под руководством доктора филологических наук, профессора Ольги Драгой. Исследование продолжается, и следующие шаги — клинические испытания уже с участием пациентов.