Андрей Кончаловский вспомнил, как снимал «Одиссею» в Голливуде за 40 миллионов долларов
Продюсеры морщились от сметы, а Коппола помогал: история создания эпоса 1997 года
Интерес к гомеровскому эпосу снова вспыхнул — теперь из-за новой экранизации Кристофера Нолана. В связи с этим Андрей Кончаловский опубликовал в соцсетях воспоминания о своей версии «Одиссеи» 1997 года.
Картина стала одной из самых дорогих для телевидения того времени. Бюджет составил около 40 миллионов долларов. Для сравнения: это сопоставимо с бюджетами крупных студийных блокбастеров середины девяностых. Среди продюсеров проекта значились Фрэнсис Форд Коппола и Николас Мейер.
Кончаловский рассказал, что американский продюсер, изучая смету, откровенно морщился. Он не понимал, кому в прайм-тайм американского телевидения нужны древнегреческие мифы. Сомнения были понятны: телеканалы в те годы делали ставку на более простые и понятные форматы.
Но режиссер стоял на своем. Он не хотел снимать «миф ради мифа». В центре истории, по его словам, всегда был человек, который должен пройти испытания, чтобы снова стать самим собой и вернуться домой. Этот универсальный сюжет — возвращение Одиссея на Итаку после Троянской войны — Кончаловский считал вечной историей, понятной любому зрителю.
Съемки проходили в сложных условиях. Батальные сцены, морские путешествия и мифические существа требовали не только бюджета, но и выдержки съемочной группы. Проект завершили, несмотря на сложности, и двухчастная экранизация вышла в эфир.
Сейчас, спустя почти тридцать лет, Кончаловский предлагает пересмотреть картину. Он намекнул, что фильм заслуживает повторного проката — возможно, в кинотеатрах. Время показало, что интерес к классике не угасает, а новые поколения зрителей открывают для себя старые истории.
Споры вокруг версии Нолана не утихают: переводчица «Одиссеи» Эмили Уилсон, чей перевод хвалил режиссер, назвала фильм разочарованием, отметив акценты на сексе и еде. Кончаловский в своих воспоминаниях не комментирует работу коллеги, но сама параллель любопытна: две экранизации одного эпоса, разделенные почти тремя десятилетиями, вызывают схожие споры о том, как правильно переносить древний текст на экран.