Алтарник из Башкирии, не годный к срочной службе, стал снайпером на СВО
Он поседел в яме под дронами: история добровольца с позывным «Конь»
Ночь выдалась кромешная. До позиции ползли практически на ощупь. Вокруг — кустарник с колючками по три-четыре сантиметра, а под ногами, как выяснилось, мины. Сверху гудит «Баба-яга» — тяжёлый дрон, способный нести до четырёх мин. Когда он начал сбрасывать, снайперы нырнули в яму метровой глубины. На дне нащупали мокрый спальник. Он и спас их: тепловизоры не взяли.
Так прошла одна из ночей бойца с позывным «Конь». На гражданке Олег Конев был, мягко говоря, далёк от армии. Его признали не годным к срочной службе. Работал алтарником в храме Иоанна Предтечи при строящемся соборе Казанской иконы Божьей Матери. Службу не нюхал. Но в 2023 году добровольцем ушёл на СВО.
Всё началось с телесюжета, который он увидел апрельским днём. Женщину, стоявшую на коленях у храма, облили зелёнкой. Этот кадр засел в голове. «Я тогда впервые подумал: что я тут делаю?» — вспоминает Конь. В мае приехал в отпуск по ранению друг (позже он погиб). Посоветовал, что брать с собой. Конь купил бронежилет, каску, удобную обувь. Прошёл комиссию, подписал контракт. Вызов пришёл прямо во время крестного хода.
Как алтарник стал снайпером
Поначалу его записали в часть ремонтного обеспечения. Потом начали учить на оператора БПЛА. Но методы войны менялись на глазах. Однажды комбат спросил: «Охотники есть?» Несколько человек шагнули из строя. Конь — среди них. Назавтра их повели на стрельбище. Итог: «Неплохо, есть чему учиться». Так он попал в отдельную роту снайперов на Краснолиманском направлении. Командовал там кадровый офицер с позывным «Скиф».
Сначала Конь ходил с крупнокалиберной снайперской винтовкой — бьёт до полутора километров, может и лёгкую бронетехнику вывести. Потом перешёл на СВД с тепловизионным прицелом. В паре с напарником прикрывали штурмовиков и разведчиков. Выдвигались обычно ночью.
Ангел-хранитель или чутьё
Не раз его спасало предчувствие. Однажды с утра душа была не на месте. Конь сказал напарнику: «Надо валить отсюда. И чем раньше, тем лучше». Тот отнекивался, но Конь настоял. А наутро командир позвал: «Сходи, полюбуйся на свой блиндаж». На его месте зияла воронка. В другой раз приказал бойцам выйти из блиндажа и помыться — те не хотели. Только ушли — туда прилетел снаряд.
В сентябре 2024-го здоровье резко сдало. Не зря его когда-то не взяли на срочную. Уколы, капельницы, госпитали. Врачи вынесли вердикт: ограниченно годен, категория «В». Комиссовали.
Возвращение
С фронта Олег вернулся другим. Почти год бои снились по ночам, рука сама тянулась к автомату при резких звуках. Прошёл 15-дневный курс реабилитации — такой, какой дают космонавтам. Сейчас возглавляет ассоциацию ветеранов СВО в своём городе. Защищает права ребят, помогает семьям погибших товарищей, возит гуманитарку на передовую. В мае отвёз конвой на семь миллионов: мотоциклы, квадрокоптеры, ноутбуки для операторов БПЛА, генераторы.
«После тринадцати месяцев на фронте нелегко найти своё место в мирной жизни. Программа „Герои Башкортостана“ очень помогла — я прошёл четыре модуля, готовлюсь к выпускной аттестации», — говорит Конь.
Он признаётся: до сих пор иногда ловит себя на мысли, что сидит в той яме под дронами. Но считает, что выжил не зря. Теперь его задача — чтобы те, кто вернулся, не остались один на один с войной в голове. И чтобы те, кто ещё там, получили всё необходимое.