Оборонно-промышленный комплекс — Новости дня

Временное управление предприятиями не означает смену собственника, пояснил Мантуров

Павел Орлов24.08.20260

Государство зайдёт на объекты только при угрозе безопасности: что скрывается за новым указом

Подписанный президентом документ о критической инфраструктуре вызвал волну вопросов. Самое частое опасение — не начало ли это национализации? Первый вице-премьер Денис Мантуров поспешил прояснить ситуацию.

«Подчеркну, что речь при этом не идет о национализации или изменении формы собственности — указ подразумевает вхождение государства в управление предприятием для решения конкретных задач в сфере безопасности», — заявил он.

Формулировка тонкая, но принципиальная. Речь не о том, чтобы забрать заводы или фабрики. Речь о том, чтобы на время взять на себя управление, если владельцы не справляются с защитой объектов.

Владимир Путин подписал указ о мерах безопасности объектов критической инфраструктуры. Суть в следующем: если собственник не обеспечил должный уровень защиты, объект может быть передан во временное управление. Решение принимает правительство.

Мантуров объяснил логику так. Частные и государственные предприятия — важные элементы экономики и социальной сферы. От их стабильной работы зависит производство продукции, развитие регионов, благополучие граждан. Но собственники по-разному подходят к вопросам безопасности.

Бывает, что реакция владельцев отсутствует. И тогда возникает угроза для целых отраслей. Вот в таком случае государство и может временно взять на себя задачи по защите предприятий от террористических угроз и восстановлению их работы.

Новый указ как раз создаёт для этого правовую основу. Раньше, видимо, такой возможности не было. Или была, но не настолько чётко прописанной.

Собственникам, которые добросовестно выполняют требования безопасности, переживать не о чем. Механизм запустят только там, где возникнут реальные проблемы. По крайней мере, такова официальная трактовка.

Бизнес-сообщество выражает осторожность, как отмечают эксперты. Любое упоминание государства в контексте управления предприятиями вызывает вопросы у бизнеса. Но здесь важно различать: национализация — это смена собственника. А временное управление — это, по сути, внешнее антикризисное вмешательство с чётко очерченными задачами.

Другое дело, что критерии «угрозы безопасности» пока не расписаны детально. И это оставляет пространство для трактовок. Но Мантуров настаивает: механизм точечный, а не массовый.

Официальных комментариев от бизнес-сообщества пока не поступало. Впрочем, время на осмысление есть — указ подписан, но практика применения только формируется.

Медведев предупредил о грядущей модернизации оборонной промышленности России

Павел Орлов13.08.20260

Оборонка кормит экономику, но расслабляться рано: что ждёт ВПК в перспективе

Заместитель председателя Совета Безопасности РФ Дмитрий Медведев обозначил горизонт, за которым нынешняя модель работы оборонки перестанет быть прежней. Сейчас отрасль даёт экономике ощутимый прирост — спрос на её продукцию высок, заводы загружены. Но это, по его словам, временное состояние.

«Сейчас он даёт понятный, весьма существенный рост экономики именно потому, что он востребован, но впоследствии там могут быть некие изменения», — цитируют политика информагентства.

О чём именно идёт речь? Медведев пояснил: в перспективе перед отраслью встанет задача модернизации. Это не остановка действующих программ и не сворачивание отдельных направлений. Скорее — смена условий, в которых предприятиям и смежникам придётся работать дальше. Структура заказов, логистика, требования к продукции — всё это может переформатироваться.

Готовиться к такому повороту должны и государственные структуры, и частный бизнес. Причём заранее, а не в тот момент, когда перемены станут неизбежными.

Санкции как стимул

Отдельно зампред Совбеза остановился на западных ограничениях. Российский бизнес, по его оценке, в значительной степени адаптировался к ним. В ряде отраслей санкционное давление и вовсе открыло новые ниши — те, что раньше были заняты импортом, теперь осваивают отечественные производители.

Но есть и обратная сторона. Медведев напомнил: стимулирование спроса остаётся одной из ключевых задач для экономики. Особенно — внешнеэкономического направления. Иначе говоря, наращивать производство ради производства бессмысленно, если продукция не находит покупателя за пределами страны.

Здесь оборонка — не исключение, а скорее индикатор. Пока гособоронзаказ обеспечивает загрузку мощностей, экономика чувствует себя уверенно. Но ставка на один лишь внутренний спрос, как следует из слов политика, — тупиковый путь.

Что это значит для смежных отраслей? Станкостроение, электроника, разработка программного обеспечения — всё, что завязано на ВПК, в ближайшие годы ждёт перестройка. Часть предприятий, вероятно, переориентируют на гражданскую продукцию. Другие — наоборот, углубят специализацию. Рынок труда в оборонных регионах может отреагировать на это с лагом в несколько месяцев.

Показательно, что заявление прозвучало не в кулуарах, а как программный тезис. Медведев совмещает посты зампреда Совбеза и главы «Единой России», так что его слова — сигнал и для партийной вертикали, и для промышленных лобби.

«Впоследствии там могут быть некие изменения», — сказал политик, не уточнив сроков. Но сам факт того, что о модернизации заговорили на таком уровне, говорит о многом.

Зампред Совбеза предупредил о грядущей перестройке оборонной промышленности

Павел Орлов13.08.20260

Оборонка сегодня кормит экономику, а завтра потребует новых подходов

Разговор о будущем военно-промышленного комплекса зашёл неожиданно далеко. Зампред Совета безопасности Дмитрий Медведев на встрече с экспертным советом по народной программе «Единой России» заявил: сектор, который сейчас тянет вверх всю российскую экономику, ждут структурные перемены. И готовиться к ним нужно заранее, причём сразу на двух уровнях — государственном и предпринимательском.

Слова Медведева прозвучали в контексте обсуждения долгосрочных планов партии. Но суть не в партийной повестке. Суть в том, что оборонка, по его выражению, даёт «весьма существенный рост» именно потому, что востребована. Однако этот драйвер не вечный.

«Сейчас ВПК дает понятный, весьма существенный рост экономики именно потому, что он востребован, но впоследствии там могут быть некие изменения», — привёл слова политика ТАСС.

Что именно за изменения имеются в виду, Медведев не уточнил. Но очертил контуры: структура и условия работы оборонного комплекса способны поменяться до неузнаваемости. При этом текущие производственные программы никто останавливать не собирается. Речь о другом — о заблаговременной адаптации.

Адаптация, по сути, станет ключевой задачей для всех, кто так или иначе завязан на оборонный заказ. И здесь важно понимать: бизнес, который сегодня живёт от гособоронзаказа, завтра может столкнуться с совершенно иными правилами игры. Кто не подготовится — рискует остаться за бортом.

Медведев также напомнил, что параллельно Россия продолжает вкладываться в масштабные проекты в транспортной, атомной и космической сферах. Эти отрасли, судя по всему, рассматриваются как естественные преемники оборонки в плане экономического роста. Логика прослеживается: если спрос на военную продукцию со временем начнёт снижаться, высвободившиеся мощности и кадры нужно будет куда-то пристроить.

Показательно, что заявление прозвучало на фоне дискуссий о мобилизационной экономике. Ранее в Госдуме звучали предложения перевести экономику на военные рельсы, чтобы для решения государственных задач не приходилось «уговаривать предпринимателей». Telegram-канал «Радиоточка НСН» передавал соответствующие инициативы парламентариев.

Медведев, судя по всему, предлагает более взвешенный подход. Не принуждение, а подготовку. Не рывок, а плавную трансформацию. По крайней мере, из его слов следует, что оборонка не вечно будет локомотивом — и к этому нужно отнестись как к данности, а не как к неприятному сюрпризу.

Эксперты, знакомые с ситуацией в отрасли, отмечают: разговор о модернизации ВПК идёт уже не первый год. Но обычно он сводился к техническому переоснащению предприятий. Здесь же акцент смещён на экономическую модель. Оборонные заводы, привыкшие к гарантированному спросу, могут оказаться в ситуации, когда им придётся конкурировать за заказы. Или осваивать гражданскую продукцию.

Показательно и то, что Медведев обращается одновременно к государству и бизнесу. Для чиновников это сигнал — заранее продумывать механизмы поддержки и перепрофилирования. Для предпринимателей — сигнал не вкладывать все ресурсы в один оборонный проект, каким бы прибыльным он ни казался.

Впрочем, о сроках возможных перемен ничего не говорится. «В ближайшей перспективе» — формулировка расплывчатая. Но сам факт того, что один из высокопоставленных чиновников страны публично заговорил о конечности оборонного бума, дорогого стоит. Рынок такие сигналы считывает быстро.

Остаётся добавить, что встреча с экспертным советом проходила в рамках работы над народной программой партии. То есть тема ВПК вплетена в более широкий контекст предвыборных обещаний и стратегических ориентиров. И то, что Медведев выбрал именно эту площадку для подобного заявления, тоже о многом говорит.

Пока же оборонка продолжает работать в прежнем режиме. Заказы есть, производство идёт, экономика растёт. Но предупреждение сделано: так будет не всегда.

Бывший замдиректора концерна «Калашников» задержан после возвращения из зоны СВО

Павел Орлов17.07.20260

Сто миллионов на форме: как китайские поставки обернулись уголовным делом

В Москве взят под стражу бывший заместитель директора концерна «Калашников» Сергей Панкин. Он вернулся из зоны специальной военной операции раньше срока — контракт должен был закончиться только через несколько дней, но из-за проблем со здоровьем мужчину комиссовали. И почти сразу после возвращения к гражданской жизни его встретили оперативники.

В чём именно подозревают Панкина, уже ясно. По данным источника, близкого к следствию, речь идёт о мошенничестве в особо крупном размере. Фигурант, как полагают, похитил 100 миллионов рублей. Деньги выделялись на пошив военной формы и обмундирования для армии. Но вместо того чтобы разместить заказы на российских фабриках, Панкин, по версии следователей, организовал закупку в Китае. Ткани и готовые изделия везли из Азии по ценам значительно ниже тех, что фигурировали в официальных документах. Разница, естественно, оседала в карманах.

Схема вскрылась не сразу. Всего полгода назад, в январе, Панкин ушёл в зону СВО. Это давало определённую защиту от возможных претензий — на фронте его не могли тронуть. Но контракт был заключён до июля, а мужчина вернулся раньше. По некоторым сведениям, состояние здоровья ухудшилось настолько, что дальнейшее пребывание в зоне боевых действий стало невозможным. Как только Панкин оказался в Москве, его задержали.

— Бывший замдиректора концерна «Калашников» обвиняется в хищении средств, выделенных на закупку военной формы, — сообщили в правоохранительных органах.

Сам Панкин пока не комментирует обвинения. Защита, в свою очередь, настаивает, что все поставки осуществлялись в рамках контрактов и никакого криминала в закупках за рубежом нет. Однако следствие полагает, что имел место сговор с поставщиками, а реальная стоимость товаров была завышена в несколько раз. Если вину докажут, бывшему топ-менеджеру «Калашникова» грозит до десяти лет лишения свободы.

Примечательно, что Панкин занимал пост замдиректора в концерне, который является одним из крупнейших производителей стрелкового оружия в России. Уход на СВО многими воспринимался как попытка замолить прошлые грехи или уйти от ответственности. Но, как показали события, от правоохранителей не спрятаться даже за ленточкой.

В ближайшее время суд должен избрать Панкину меру пресечения. Скорее всего, это будет арест — сумма ущерба слишком велика, чтобы отпускать фигуранта под подписку о невыезде. Следствие намерено ходатайствовать именно о заключении под стражу.

Дело уже вызвало широкий резонанс. В условиях, когда армия остро нуждается в качественном обмундировании, хищение ста миллионов выглядит особенно цинично. В концерне «Калашников» от комментариев пока воздержались, пообещав предоставить информацию после официального запроса.

Бывший топ-менеджер «Калашникова» задержан после возвращения из зоны СВО

Павел Орлов17.07.20260

Сто миллионов на форме, которая ехала из Китая: история Сергея Панкина

В Москве взят под стражу экс-заместитель директора концерна «Калашников» Сергей Панкин. Мужчина вернулся из зоны специальной военной операции раньше срока — и почти сразу оказался в отделе. Причина — обвинение в мошенничестве в особо крупном размере.

Как сообщает Mash, по версии следствия Панкин причастен к хищению ста миллионов рублей. Деньги выделялись на закупку военной формы и обмундирования для армии. В документах значилось: производство российское. На деле же экипировку везли из Китая, и стоила она значительно дешевле, чем проводили по бумагам. Разница, по всей видимости, оседала в карманах.

Панкин отправился на фронт 28 января. Контракт был заключён до 28 июля. Но вернулся он раньше — ссылался на проблемы со здоровьем. Не успел доработать до конца. И вот теперь вместо части — СИЗО.

Судьба экс-замдиректора — не единственный громкий эпизод в череде дел о хищениях в оборонке. Ранее Мещанский районный суд заочно арестовал бывшего совладельца транспортной компании FESCO Михаила Рабиновича. Тот тоже проходит по статье о крупном мошенничестве. Тенденция, за которой наблюдают и силовики, и общественность.

В деле Панкина пока известно немного. Официальных комментариев от «Калашникова» не поступало. Сам фигурант, по данным источников, вину не признаёт. Адвокаты пытаются оспорить арест. Но следствие настаивает: сумма ущерба колоссальная, а схема, судя по всему, была отработана — с фальшивыми актами приёмки и подставными поставщиками.

Почему такой человек вообще оказался в зоне СВО — вопрос открытый. Панкин мог пойти добровольцем, мог получить предписание. Но факт остаётся фактом: вернувшись, он попал ровно туда, откуда, вероятно, и пытался уйти, — под уголовное преследование.

— Следователи полагают, что Панкин использовал служебное положение, чтобы завышать цены на форму. А реальные закупки шли за рубежом. Это называется «обналичка», — пояснил источник в правоохранительных органах.

Что теперь будет с концерном? Эксперты сходятся: удар по репутации серьёзный. «Калашников» — флагман российского оружейного производства. И если его бывшие топ-менеджеры оказываются за решёткой, это бьёт по доверию и к системе госзакупок, и к контролю за расходованием бюджетных средств.

Параллельно силовики проверяют других сотрудников предприятия, которые могли быть в курсе схемы. Не исключено, что в ближайшее время последуют новые задержания. Пока же Сергей Панкин остаётся под стражей — до решения суда по существу обвинения.

Минобороны отчиталось об ударах по оборонным заводам в Киеве и портам Одесской области

Павел Орлов11.07.20260

Город снова сотрясали взрывы, а в Святошинском районе вспыхнул пожар

Утро началось с громких звуков. В Киеве после объявления баллистической опасности прогремели взрывы. Местные паблики сразу заполнились сообщениями о столбах дыма и перебоях со светом в некоторых кварталах. Позже в Минобороны России подтвердили: нанесены удары по военно-промышленным объектам украинской столицы.

В официальном сообщении ведомства говорится, что применялось высокоточное оружие большой дальности и беспилотники. Целями стали заводы, которые занимаются выпуском и хранением дронов средней и большой дальности. По данным военных, все назначенные объекты поражены успешно.

Но на этом операция не ограничилась. Удары пришлись и по портовой инфраструктуре на юге. Речь об Одессе, Черноморске и Измаиле. Как пояснили в Минобороны, эти гавани использовались для материально-технического снабжения ВСУ — в частности, там хранили топливо.

В Святошинском районе Киева после утренних взрывов зафиксирован пожар в нежилом здании. О пострадавших пока ничего не сообщается. Киевляне жалуются на перебои с электричеством — в некоторых частях города свет пропал.

Это уже не первый подобный удар за последние дни. Ранее, 8 июля, российские военные поразили предприятие «САМСУНГ-УКРАИНА» в Киеве. По оценке Минобороны, на нём производили и хранили комплектующие для крылатых ракет наземного базирования FP-5 «Фламинго». Тот удар наносился ночью высокоточным оружием наземного базирования.

Официальных комментариев от украинской стороны по поводу нынешних ударов пока не поступало. Однако характер и масштаб атаки — дроны, ракеты, порты и заводы одновременно — говорят о том, что российское командование продолжает планомерно уничтожать военно-промышленный потенциал противника и его логистические цепочки.

Особое внимание уделяется предприятиям, связанным с беспилотниками. Киевские заводы, где собирают дроны, давно в приоритете. Уничтожение складов топлива в портах — ещё один шаг к тому, чтобы лишить ВСУ возможности вести активные боевые действия на дальних подступах.

Пока официальные лица не комментируют, последуют ли новые удары. Но судя по ритмике последних недель, паузы между атаками становятся всё короче.