В Курской области столкнулись два истребителя Су-35С, один пилот погиб
Седьмое сентября выдалось чёрным днём для российской фронтовой авиации
Вечером седьмого сентября в небе над Курской областью столкнулись два многофункциональных истребителя Су-35С. Об этом сообщил авиационный Telegram-канал Fighterbomber, который ведёт Илья Туманов.
Один лётчик погиб. Второй, по предварительным данным, успел катапультироваться. Состояние второго пилота неизвестно.
Военный корреспондент Юрий Котенок подтвердил факт инцидента. Он отметил, что причины выясняются. Никаких официальных комментариев от Минобороны пока не поступало.
Что именно произошло в воздухе — вопрос открытый. Версий несколько. От банальной ошибки пилотирования при выполнении манёвра до сложных метеоусловий. Но гадать сейчас — дело неблагодарное.
Су-35С — машина далеко не новая, в строю с середины двухтысячных. Это сверхманёвренный истребитель поколения «4++», один из самых дорогих и технически насыщенных в российском парке. Такие самолёты стоят на вооружении истребительных полков, которые базируются в том числе в западных регионах страны.
Столкновение двух боевых машин одновременно — событие из ряда вон выходящее. В мирное время такое случается раз в несколько лет. На войне, где плотность полётов кратно выше, риски растут пропорционально.
Курская область — регион приграничный. С февраля 2025 года, когда украинские войска зашли на территорию, небо там не пустует. Работает авиация, работают средства ПВО, работают разведывательные дроны. В таких условиях любой вылет — это лотерея, где ставка — жизнь пилота и сохранность машины за миллиарды рублей.
Цена вопроса
Один Су-35С по контракту для Минобороны обходится примерно в два-три миллиарда рублей. Это если считать по внутренним ценам. На экспорт — дороже. Китай, Египет, Иран, Алжир — все они платили за эти машины серьёзные деньги.
Потеря двух самолётов за один вылет — это удар по боеспособности конкретной части. И по бюджету, если считать в прямом смысле. Восполнять потери сейчас непросто: производство новых машин на Комсомольском-на-Амуре авиационном заводе идёт, но не такими темпами, как хотелось бы командованию.
Любопытно, что сообщение о столкновении появилось в один день с новостью о крушении легкомоторного самолёта в Подмосковье. Там погибли два человека. Совпадение? Скорее, просто череда неудачных дней для отечественной авиации в целом.
Первыми о случившемся сообщили телеграм-каналы, а не официальные структуры. Военкоры и авиационные блогеры часто опережают пресс-службы на несколько часов, а то и дней. Формально это нарушение, но фактически — единственный способ узнать правду в условиях, когда официальные сводки скупые и запаздывают.
Что будет дальше? Создадут комиссию, снимут чёрные ящики, если их найдут. Разберутся, чья ошибка — лётчика, руководителя полётов или техники. Найдут виноватых. Накажут. И через пару месяцев об этом забудут — до следующего инцидента.
Пилоту, который погиб, уже не помочь. Его семье объявят о потере. Выплатят положенное. А на аэродроме, где базировалась эскадрилья, пройдёт траурный митинг. Такова цена войны, которая продолжается уже четвёртый год.
«Причины устанавливаются», — написал Котенок. Коротко. Без деталей. Видимо, и сам пока не знает, что именно произошло в небе над Курской областью.