перегрев экономики

Железнодорожный бум XIX века покажется цветочками? Сечин предупредил о новом пузыре

Сечин: рост акций техгигантов ведёт к крупнейшему пузырю

Помните историю про железнодорожные акции в Америке XIX века? Тогда народ сходил с ума, вкладывал последние деньги в рельсы и паровозы, а потом всё рухнуло. Глава «Роснефти» Игорь Сечин считает, что человечество стоит на пороге похожего, но куда более масштабного коллапса. Только вместо железных дорог — искусственный интеллект и горстка технологических гигантов.

На Петербургском международном экономическом форуме Сечин выдал довольно мрачный прогноз. По его словам, мировой финансовый рынок раздувается до невиданных размеров. Главная причина — бешеный рост капитализации десяти крупнейших IT-компаний на американском фондовом рынке. За десять лет их доля утроилась и перевалила за 44%. Это, мягко говоря, перекос.

Сечин прямо сказал: «Сегодня компании, связанные с искусственным интеллектом, фактически забирают значительную часть инвестиционного ресурса в ущерб остальной экономике». То есть деньги уходят не в реальное производство, не в инфраструктуру, а в виртуальные надежды на сверхприбыли. Ситуация до боли напоминает пузырь доткомов в начале 2000-х, только масштабы сейчас покрупнее будут.

Когда несколько игроков забирают почти половину всех денег на рынке, это не здоровый рост, а перегрев. Вопрос не в том, лопнет ли пузырь, а когда именно это случится и кого засыплет обломками.

Запад, по логике Сечина, может даже выиграть от этого кризиса. Финансовый сектор стран Запада давно научился зарабатывать на чужой боли: когда рынки падают, кто-то скупает активы за бесценок. Но для остального мира, особенно для развивающихся экономик, такой сценарий — чистый убыток. Они не смогут конкурировать за ресурсы, которые уходят в раздутые техкомпании.

Сечин также задел тему санкционной политики. Мол, искусственные ограничения только ускоряют формирование этого пузыря. Вместо того чтобы поддерживать баланс, Запад продолжает создавать барьеры, которые мешают нормальному перетоку капитала. В итоге деньги не находят дороги в реальную экономику, а оседают в спекулятивных инструментах.

Глава «Роснефти» вообще не в первый раз критикует перекосы в глобальной финансовой системе. Но сейчас его слова звучат особенно тревожно. Потому что цифры по доле техгигантов на американском фондовом рынке — это не просто статистика. Это маркер того, что рынок перестал быть механизмом для финансирования экономики и превратился в казино для избранных.

Сравнение с XIX веком у Сечина неслучайное. Тогда железнодорожные компании набрали кучу денег, проложили рельсы в никуда, а инвесторы остались у разбитого корыта. Сейчас ситуация зеркальная: вкладываются в ИИ-стартапы, которые не всегда понятно, зачем нужны, и надеются, что акции будут расти вечно. Но так не бывает.

Рынок уже начал нервничать. Инвесторы перекладываются из одних бумаг в другие, ищут защитные активы. Золото, например, не первый месяц держится на высоких уровнях. Но это лишь подтверждает: доверия к фондовому рынку становится меньше. Люди чувствуют, что почва уходит из-под ног.

Кстати, про пузырь говорят не только в России. Многие западные экономисты и аналитики тоже бьют тревогу, но пока это больше похоже на шёпот среди своих. Публично признавать, что вечеринка заканчивается, никому не хочется — слишком много денег завязано на этом росте. Но рано или поздно правда вылезет наружу.

Единственный вопрос — как смягчить удар. Сечин намекает, что выход один: отказ от санкционной риторики и возвращение к прагматизму. Но в текущей политической обстановке это выглядит как фантастика. Так что, скорее всего, нас ждёт очередной финансовый шторм. Главное — успеть подготовиться.

А пока технологические гиганты продолжают наращивать капитализацию, обычные люди всё чаще задаются вопросом: что делать с деньгами? Держать в кэше? Покупать недвижимость? Или рискнуть и купить акции тех же IT-компаний, надеясь успеть выскочить до схлопывания? Универсального совета нет, но одно можно сказать точно: надеяться, что нынешний рост продлится вечно — как минимум наивно.

Read more