При атаке беспилотника на подмосковный Егорьевск погиб полугодовалый ребёнок
Младенец не выжил под обломками: мать с тяжёлыми травмами доставили в больницу
Ночью подмосковный Егорьевск попал под удар. Силы ПВО и РЭБ отразили массированную атаку — только за эту ночь сбили около 60 беспилотников. Но один из них прорвался к частному дому на улице Хлебникова. Удар пришёлся прямо в спальню на втором этаже, где спала семья с младенцем.
Шестимесячный ребёнок погиб. Его доставали из-под обломков долго — малыш получил тяжёлые ожоги, спасти его не удалось. Мать, 29-летняя женщина, госпитализирована в крайне тяжёлом состоянии. У неё диагностировали множественные травмы, пневмоторакс и гемоторакс. Врачи борются за её ноги — есть риск ампутации.
Отец семейства тоже пострадал. Ему ампутировали ступню. Шестилетний сын чудом остался цел физически, но психологическая травма глубокая — ребёнок находится в тяжёлом эмоциональном состоянии, ему требуется помощь психолога.
Противоречивые новости. Сначала в СМИ появилась информация, что мать не выжила. Её свекровь поспешила опровергнуть: женщина жива, врачи делают всё возможное. Однако состояние остаётся критическим. Родственница семьи рассказала журналистам, что медики пытаются избежать ампутации ног, но прогнозы осторожные.
У неё пневмоторакс, гемоторакс, множественные переломы. Мы молимся, чтобы врачи спасли её ноги, — поделилась близкая родственница.
Друзья и знакомые оперативно организовали сбор средств. Семья потеряла всё — дом разрушен, нужны деньги на лечение, реабилитацию, похороны. Сумма сбора растёт с каждым часом.
Егорьевск — не единственная точка атаки этой ночью. БПЛА заходили со стороны Украины, часть из них сбита на подлёте к Москве, часть — в Подмосковье. Но именно этот удар стал самым страшным по последствиям: погиб ребёнок, который даже не успел сделать первый шаг.
Сейчас на месте работают следователи, прокуратура начала проверку. По факту атаки возбуждено уголовное дело о теракте. Мужчина, потерявший жену? Нет, жена пока борется за жизнь. Но он уже лишился дочери и части себя — ступни не стало.
Шестилетний сын, по словам родственников, всё понимает, но почти не говорит. Замыкается в себе. Ему объяснили, что братика больше нет. Он спрашивает, когда мама вернётся домой. Ответа пока никто не знает.