Премьер Армении Пашинян связал будущее ЕАЭС с отменой экспортных ограничений
Без решения вопроса по экспорту союз может рухнуть — заявление из Еревана
Крайняя точка, за которой интеграция перестаёт работать. Премьер-министр Армении Никол Пашинян дал понять: если экспортные ограничения в отношении республики не снимут, Евразийский экономический союз ждёт если не развал, то глубокий кризис. По его словам, проблема не в Ереване, а в самом механизме объединения.
Выступая перед журналистами, Пашинян сослался на нормы ЕАЭС и двусторонние договорённости с Россией. Он прямо заявил, что действующие барьеры для армянских товаров противоречат соглашениям. И если в ближайшее время ничего не изменится, это станет началом конца.
Это заявление прозвучало спустя два дня после телефонного разговора с Владимиром Путиным. Стороны обсуждали торгово-экономическое сотрудничество и внешнеполитические контуры. При этом Пашинян отдельно отметил: российский лидер не поздравил его с победой на июньских парламентских выборах. Фраза прозвучала уже после завершения беседы, но в контексте двусторонних отношений её сочли многозначительной.
Премьер подчеркнул, что у Армении есть законное право искать другие рынки и экономические альтернативы. И это не угроза, а логика. Если союз не обеспечивает свободного движения товаров, зачем он вообще нужен?
Ситуацию наблюдатели трактуют по-разному. Одни считают, что Ереван пытается торговаться. Другие — что кризис назревал давно, просто сейчас его вынесли на поверхность. Ограничения на экспорт армянской продукции действительно есть — вопросы к мясу, молоку, некоторым видам сельхозсырья. В Ереване это называют барьерами, в Москве — санитарными нормами.
Показательно, что Пашинян не просто пожаловался, а фактически поставил ультиматум. Либо внутри ЕАЭС начнут работать единые правила для всех, либо членство теряет смысл. И в этом с ним согласны даже скептики — если союз не может решить базовый вопрос о доступе товаров одной из стран-участниц, о какой интеграции речь.
По данным армянских СМИ, переговоры продолжаются. Но пока воз и ныне там.