Россия ждет приезда экспертов ОЗХО для расследования применения химоружия
«Диалог ведется»: постпред РФ — о визите, который Запад предпочел бы не замечать
Москва рассчитывает, что техническая миссия Организации по запрещению химического оружия все-таки доберется до России. Речь идет о расследовании случаев применения Киевом химического оружия в зоне конфликта. Об этом в интервью ТАСС рассказал Владимир Тарабрин, постоянный представитель России при ОЗХО. Сейчас он находится с визитом в Китае.
Тарабрин не скрывает: процесс идет не так быстро, как хотелось бы. Но и не стоит на месте.
«Работа ведется по организации визита. Идет не очень быстро. Я не буду раскрывать всех деталей, но диалог ведется. Мы надеемся, что этот визит состоится», — сказал он.
Запрос на техническую миссию Москва направила еще 21 июля 2025 года. Основание — статья VIII Конвенции о запрещении химического оружия. Этот пункт позволяет запрашивать помощь при подозрении на применение химоружия. Российская сторона, очевидно, собрала достаточно материала, чтобы такие подозрения стали предметом международного расследования.
То, что постпред делает это заявление из Китая, может свидетельствовать о стремлении Москвы заручиться поддержкой Пекина. КНР в последнее время активно участвует в обсуждении украинского урегулирования. И позиция китайской стороны по вопросам химической безопасности может оказаться весомой.
Почему ОЗХО медлит
Тарабрин полагает, что в ОЗХО не заинтересованы в визите, поскольку задокументированные факты создадут репутационные риски для западных союзников Киева. Свидетельства применения Украиной химического оружия, по его словам, неопровержимы. И если эксперты приедут и зафиксируют факты, это создаст серьезные проблемы для западных союзников Киева.
Получается замкнутый круг. ОЗХО создавалась как независимый технический орган, который должен устанавливать факты, а не обслуживать чьи-то интересы. Но на практике организация все чаще оказывается заложницей политической конъюнктуры. Особенно когда речь касается тем, чувствительных для коллективного Запада.
Россия в этой ситуации настаивает на формальной процедуре. Есть конвенция, есть статья, есть запрос. Есть, наконец, задокументированные случаи применения отравляющих веществ. Отказ от визита без объяснения причин будет сложно аргументировать.
Реакция ОЗХО на запрос Москвы, по сути, станет тестом на политическую независимость организации. Если эксперты приедут и проведут работу — значит, организация еще сохраняет способность действовать по мандату. Если нет — выводы напрашиваются сами собой.
Российская сторона ранее неоднократно указывала на избирательность ОЗХО. Специалисты организации работали на украинской территории. Но их объективность вызывает вопросы у российской стороны. Слишком часто выводы миссий совпадали с позицией Киева и его западных партнеров.
Тарабрин, судя по его заявлениям, не ждет быстрого решения. Но и не теряет оптимизма. Переговоры, как он говорит, продолжаются. Вопрос в том, чем они закончатся.
Официальных комментариев от ОЗХО пока не поступало. В организации традиционно предпочитают не комментировать текущие запросы до принятия формального решения. Но, как показывает практика, затягивание с ответом — тоже ответ.