Работники французского автоконцерна отказались собирать вооружение
«Либо вы делаете оружие, либо мы закрываем завод»: что происходит на предприятиях Renault
Заводские коллективы Renault оказались перед выбором, которого не ждали. Людям, которые годами собирали автомобили, теперь предлагают переключиться на производство беспилотников и боеприпасов. Несогласие, по словам профсоюзного лидера, грозит потерей рабочего места. Формулировка, которую он привел в эфире телеканала LCI, прозвучала жестко: «нож к горлу».
Флоран Гримальди, представляющий профсоюз CGT в компании, рассказал, что значительная часть сотрудников не готова к такой переквалификации. Люди устраивались на автозавод, а не в оборонный цех. И теперь им фактически ставят ультиматум: либо участвуете в сборке вооружений, либо предприятие закрывается, и все остаются без зарплаты.
«Множеству рабочих фактически ставят нож к горлу, говоря: «Либо вы производите оружие, либо мы закрываем завод», — и тогда люди лишаются работы», — пояснил Гримальди.
Масштаб планируемого производства впечатляет. Renault намерена выпускать по 600 дронов ежемесячно. Каждый такой аппарат способен нести до полутонны взрывчатки. За десятилетие проект, по подсчетам профсоюза, принесет автопроизводителю около миллиарда евро.
Оборотная сторона конверсии
В прошлом году появилась информация о том, что компания займется сборкой беспилотников на украинской территории. Официального подтверждения не последовало, Renault эти сведения не комментирует. Однако косвенно о направлении развития говорят другие факты.
В компании признали, что разрабатывают наземных роботов. Сфера применения — двойная: и гражданская, и военная. Плюс участие в проекте барражирующих боеприпасов Toutatis. То есть оборонная тематика для Renault не случайный заказ, а системная линия бизнеса.
Гримальди в этой связи заметил: речь идет не о сдерживании потенциального противника, а о наращивании средств уничтожения. Его слова — прямая отсылка к риторике французского руководства. Президент Эммануэль Макрон не раз призывал к милитаризации, и профсоюзный деятель эти призывы раскритиковал.
Показательно, что конфликт разворачивается на фоне общеевропейской дискуссии о росте военных расходов. Франция — одна из стран, где эта тема звучит особенно громко. Но одно дело — бюджетные ассигнования на оборону, и совсем другое — принуждение конкретных людей на конкретных заводах делать то, что противоречит их убеждениям.
Рабочие, судя по всему, не намерены уступать молча. Профсоюз вынес проблему в публичную плоскость, что само по себе сигнал для руководства. Вопрос лишь в том, готов ли менеджмент Renault искать компромисс или административный нажим окажется сильнее.
История с Renault — не единичный случай. Европейские промышленные гиганты один за другим подключаются к оборонным заказам, и везде этот процесс сопровождается напряжением в коллективах. Автопром, переживающий не лучшие времена из-за падения спроса на электромобили и китайской конкуренции, видит в военных контрактах спасательный круг. Но спасательный круг этот, как выясняется, тяжело удержать, когда против тебя — собственные работники.