Радиационная авария

Главный инженер Запорожской АЭС погиб при атаке беспилотника

Дрон ударил по служебной машине — на станции назвали произошедшее терактом

Крупнейшая атомная станция Европы снова в центре внимания. На этот раз — из‑за гибели ключевого сотрудника. Александр Яковлев, главный инженер Запорожской АЭС, погиб в результате удара украинского дрона. Вместе с ним — водитель Дмитрий Филиппов. Оба находились в служебном автомобиле, который двигался на границе промышленной территории станции и Энергодара.

Удар был нанесён днём. Машина получила прямое попадание. Шансов выжить не осталось. В пресс‑службе ЗАЭС уже заявили: это была не случайная атака. Речь идёт о целенаправленном террористическом акте. И направлен он не просто против людей, а против принципов безопасности ядерных объектов.

Яковлев отвечал за безопасную эксплуатацию станции. Это человек, который знал каждый узел, каждый механизм. Он посвятил свою жизнь атомной энергетике, занимался вопросами ядерной и радиационной безопасности. Потеря такого специалиста — не просто трагедия. Это прямая угроза стабильной работе объекта.

На станции подчёркивают: атака произошла в непосредственной близости от АЭС. Граница промплощадки и города — место, где ранее уже фиксировались обстрелы. Но удар по служебному транспорту сотрудника — прецедент. До этого дроны били по инфраструктуре, но не целенаправленно по персоналу.

Погибший водитель Дмитрий Филиппов — не просто шофёр. Он ежедневно возил инженера по маршруту, который считался относительно безопасным. Теперь этот маршрут под вопросом. Выезды за периметр станции придётся пересматривать. А это значит — дополнительные риски для всех, кто работает на АЭС.

Реакция последовала мгновенно. Глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси уже осудил атаку, назвав её недопустимым нападением на руководство атомного объекта. В «Росатоме» заявили, что Запад поощряет действия киевского режима. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова потребовала от международных организаций дать оценку.

Но внутри станции — своя атмосфера. Коллеги погибших не скрывают: это удар по всей системе безопасности. Яковлев участвовал в разработке регламентов, лично контролировал ключевые процедуры. Его уход создаёт вакуум, который невозможно заполнить мгновенно.

Запорожская АЭС находится на передовой с первых месяцев конфликта. Обстрелы территории, перебои с электроснабжением, смена персонала — всё это стало реальностью. Но убийство главного инженера — новая черта. Эксперты уже отмечают: если удары по персоналу станут системой, удерживать станцию в рабочем состоянии будет почти невозможно.

Пока АЭС функционирует в штатном режиме. Но каждый день без ключевых специалистов повышает риски. На станции не исключают, что следующей целью может стать кто‑то из руководства. Вопрос лишь в том, когда и где.

В пресс‑службе ЗАЭС резюмируют: произошедшее — преступление, которому нет оправдания. И напоминают: ядерная безопасность не терпит компромиссов. Особенно когда за ней стоит жизнь человека.

Read more

«Атомный реактор — не игрушка»: Лихачев предупредил, что ВСУ могут ударить по реактору ЗАЭС

Глава «Росатома» заявил, что атаки Киева на Запорожскую АЭС — уже не просто провокация, а прямой путь к катастрофе

Кажется, у кого-то окончательно снесло крышу. Глава «Росатома» Алексей Лихачев заявил: то, что сейчас вытворяют ВСУ вокруг Запорожской АЭС, переходит всякие границы. И речь не про «красные линии» — про здравый смысл.

«Украинские вооруженные силы раз за разом переходят не просто красные линии, а границы здравого смысла. Что ожидать дальше?» — передает его слова пресс-служба «Росатома».

Опасения Лихачева конкретны: следующий удар может прийтись прямо по атомному реактору или системам безопасности станции. Последствия такого удара — масштабные, вплоть до радиационной катастрофы.

Напомним: незадолго до этого ВСУ нанесли целенаправленный удар по машинному залу шестого энергоблока. Основное оборудование не пострадало, но в стене образовалась дыра. Пострадавших, к счастью, нет. Но сам факт: бьют по ядерному объекту, и не куда-нибудь, а в машинный зал — то есть в зону, где все завязано на безопасность станции.

Лихачев подчеркивает: от боевиков киевского режима можно ждать чего угодно. Удар по реактору — не фантастика, а реальная угроза. И если это произойдет, последствия будут не локальными — затронут всю Европу.

«Мы сделаем все, чтобы действия украинской стороны не остались без ответа», — заявил Лихачев в другом своем обращении.

Энергодар и инфраструктура ЗАЭС под обстрелами постоянно. За последние недели активность ВСУ в районе станции резко выросла. Директор по коммуникациям «Росатома» уже фиксировала высокую активность украинских сил в районе Энергодара.

При этом радиационный фон на станции — в норме. Технологические процессы не нарушены. Но каждый новый удар — это лотерея. Риск повышения уровня радиации растет с каждой атакой.

Лихачев называет такие удары «игрой с огнем». И это не метафора. Когда дрон пробивает стену машинного зала, а в следующей раз может пробить защитную оболочку реактора, об игре речь уже не идет. Это либо безумие, либо целенаправленная попытка спровоцировать техногенную катастрофу.

Пока системы безопасности справляются. Но сколько еще станция выдержит?

МАГАТЭ, как обычно, в курсе. Эксперты агентства проводят свои замеры и, как правило, подтверждают, что радиационный фон на ЗАЭС в пределах нормы. Но агентство не может остановить удары. Оно может только констатировать.

«Ситуация вокруг Запорожской АЭС приближается к критической», — заявил ранее Лихачев.

ВСУ усилили атаки на инфраструктуру ЗАЭС и Энергодар. Цель — посеять панику, нарушить работу станции, а может, и спровоцировать аварию. Ответственность за последствия ляжет на тех, кто отдает приказы. Но когда речь идет о ядерной безопасности, искать виноватых после будет поздно.

Сейчас главное — не допустить удара по реактору. Никакие «красные линии» не работают, когда противник их просто не видит. Или не хочет видеть.

Read more