Дальность украинских беспилотников выросла до двух тысяч километров — как могут беспилотники долететь до сибири
Долететь до Омска: что изменилось в тактике и технике
Вопрос, который ещё год назад казался риторическим, теперь обсуждают на полном серьёзе. Как дроны преодолевают расстояние, которое больше, чем от Москвы до Парижа? Разбираемся.
Расстояние от линии боевого соприкосновения до Омска — более 2,5 тысячи километров. До Новосибирска — ещё дальше. Прилёты фиксируют, несмотря на расстояние. Технически это стало возможным благодаря целому набору решений, о которых раньше говорили только в теоретической плоскости.
Начнём с главного. В Киеве официально заявили о создании беспилотника «Довбуш Т40» с дальностью около двух тысяч километров. Аппарат позиционируют как многоцелевой: ударный, разведывательный, корректировщик. В воздухе он может находиться долго — это принципиально меняет картину.
Но дальность — лишь половина дела. Вторая половина — маршрут.
Маршруты, о которых не говорят вслух
Есть несколько версий того, как беспилотники оказываются над сибирскими городами. Первая — запуск с территории Украины по прямой. Технологии позволяют, утверждает глава Центра изучения военных и политических конфликтов Андрей Клинцевич. По его словам, использовать воздушное пространство соседних государств вовсе не обязательно.
Вторая версия — сложные траектории с огибанием зон ПВО. Дрон летит не по кратчайшему пути, а зигзагами, используя рельеф местности и радиолокационные тени. Это дольше, но безопаснее.
Третья — запуски с территории России. Эту версию обсуждают осторожно, но не сбрасывают со счетов. Закладки, схроны, подготовленные площадки — всё это уже было в практике.
И вот тут самое интересное. Если раньше атаки на глубокий тыл казались чем-то из области фантастики, то теперь это будни. В апреле Екатеринбург пережил массированный налёт. В июле — прилёты в Омске. Систематичность настораживает.
«В России лучшая в мире система ПВО, — говорит Клинцевич. — Но ни одна система не даёт стопроцентной гарантии. Вопрос в плотности и эшелонировании».
Эксперты сходятся во мнении: долететь до Сибири — сложная техническая задача. Но решаемая. Особенно если использовать лёгкие аппараты с малым радиолокационным сечением. Они летят низко, огибая холмы и лесополосы. Радары их видят поздно, а времени на реакцию остаётся мало.
Что это значит для регионов
Для сибирских городов это новая реальность. Режимы ограничений вводят всё чаще. Люди привыкают к мысли, что их тыловой город — не такой уж тыловой.
Реакция властей следует ожидаемому сценарию. В регионах разворачивают дополнительные средства радиоэлектронной борьбы. Усиливают наблюдение за объектами инфраструктуры. Но полностью исключить риски нельзя.
Заслуженный военный лётчик Владимир Попов в разговоре с журналистами NGS55.RU отмечал: технически долететь до Сибири можно. Вопрос — какой ценой и с какой эффективностью. Одиночные аппараты — это скорее демонстрация, чем реальная угроза. А вот массированные налёты — уже иное дело.
Возвращаясь к характеристикам «Довбуша Т40». Заявленные две тысячи километров — это паспортные данные. На практике дальность зависит от массы полезной нагрузки, профиля полёта и погоды. С небольшим боезарядом аппарат может пролететь и дальше. Вопрос лишь в том, что именно он несёт.
«Украинские конструкторы работают над увеличением дальности постоянно, — поясняет Клинцевич. — Это гонка, в которой мы вынуждены участвовать».
Что дальше? Через полгода можно ожидать появления аппаратов с дальностью 2,5–3 тысячи километров. Технологии развиваются быстрее, чем системы противодействия. И это не паника — это констатация факта.
Для жителей сибирских городов это означает одно: привычные маршруты, режимы работы предприятий и логистика могут меняться. Предприятия уже задумываются о защите критической инфраструктуры. Страховые компании — о новых рисках. Рынок адаптируется.
А пока — прилёты продолжаются. И каждый раз вопрос «как они долетели?» звучит снова. Ответ, увы, один: технологии позволяют.