Ядерное сдерживание

Посол МИД России заявил о серьёзной проработке США ядерного сценария в Европе

Павел Орлов

Дипломат связал настойчивость Вашингтона по инспекциям с подготовкой к удару

Андрей Белоусов, занимающий пост посла по особым поручениям Министерства иностранных дел России, сделал заявление, которое сложно назвать дипломатическим эвфемизмом. В интервью RT он прямо сказал: американские военные стратеги со всей серьёзностью рассматривают возможность применения ядерного оружия на европейском театре военных действий. Вывод, по его словам, напрашивается из анализа поведения Вашингтона на многосторонних площадках.

Логика дипломата такова. Соединённые Штаты с завидным упорством продвигают тему российского нестратегического ядерного оружия. Пытаются запустить обсуждение на различных разоруженческих платформах. Настаивают на интрузивной транспарентности — то есть на допуске к объективным данным о российском арсенале. И всё это при том, что российское нестратегическое ядерное оружие, как подчёркивает Белоусов, не угрожает территории США.

«Говоря об этой опасности, нельзя не отметить, что настойчивость, с которой Вашингтон пытается запустить на различных многосторонних разоруженческих площадках обсуждение темы российского нестратегического ядерного оружия — не угрожающего территории США, подчеркну еще раз, — наводит на мысль, что американские военные стратеги со всей серьезностью рассматривают возможность применения ядерного оружия на европейском театре военных действий»

Зачем американцам сведения о российском тактическом ядерном арсенале? По версии российского дипломата, не для того, чтобы укрепить стратегическую стабильность. А для того, чтобы получить данные, которые могут пригодиться при оперативном планировании. Если противник знает, где и сколько у вас тактических зарядов, ему проще строить планы их нейтрализации или нанесения упреждающего удара.

Белоусов предупреждает: попытки добиться сокращения или уничтожения российского нестратегического ядерного арсенала через механизмы интрузивной транспарентности могут дать обратный эффект. Вместо снижения ядерной угрозы это увеличит вероятность ядерного сценария. Потому что Вашингтон получит не гарантии безопасности, а карту для возможного удара.

Отдельно посол обратился к европейцам. Он выразил надежду, что в Европе осознают всю опасность такого подхода Вашингтона к территории своих союзников. Намёк прозрачный: американское тактическое ядерное оружие размещено в Европе, и в случае конфликта именно европейские страны станут полигоном. Для США это сугубо прикладной вопрос военного планирования, а для европейцев — вопрос выживания.

Контекст, в котором прозвучало это заявление, добавляет тревожности. В начале августа NBC News со ссылкой на источники сообщил, что Пентагон разрабатывает секретную ядерную стратегию на случай региональной войны. По данным телеканала, документ предусматривает повышенное внимание к возможному применению тактического ядерного оружия малой дальности в ходе конфликта с Россией или Китаем. Особый акцент — именно на тактическом оружии меньшей дальности.

То есть заявления российского дипломата пересекаются с данными американских журналистов. Москва говорит о том, что Вашингтон готовится к применению ядерного оружия в региональном конфликте. Американские СМИ со ссылкой на источники в оборонном ведомстве сообщают, что Пентагон действительно разрабатывает такую стратегию. Прямого подтверждения, конечно, нет — стратегия секретная. Но сам факт совпадения риторики и утечек показателен.

В середине августа в дискуссию вмешалась Марджори Тейлор-Грин, бывший член палаты представителей США. Она призвала американские власти отказаться от применения ядерного оружия. В соцсети X Тейлор-Грин написала, что Иран не должен обладать ядерным оружием — с этим она согласна. Но потребовала, чтобы и Америка не использовала ядерное оружие. Экс-конгрессвумен обратилась к президенту Дональду Трампу и его «министру войны» с требованием обсудить этот вопрос и дать обещание американскому народу, что ядерное оружие не будет применено. «Никогда больше», — добавила она.

Показательно, что подобные призывы звучат из уст американского политика, а не российского пропагандиста. Тейлор-Грин — фигура неоднозначная, но она представляет определённую часть американского политического спектра. И то, что она публично требует от Трампа гарантий неприменения ядерного оружия, говорит о том, что в самих США есть запрос на такую позицию.

Впрочем, реакция Белоусова на эти призывы неизвестна. Он в своём интервью сосредоточился на другом — на анализе американских намерений. И его вывод неутешителен: Вашингтон рассматривает ядерное оружие как инструмент, который может быть применён в региональном конфликте. Не как крайнюю меру сдерживания, а как оперативное средство.

Для Европы это означает, что американский ядерный зонтик может оказаться не защитой, а миной замедленного действия. Размещённое на европейской территории тактическое ядерное оружие США превращает страны НАТО в потенциальную цель. Если начнётся конфликт, в котором Вашингтон решит применить ядерные заряды, произойдёт это, скорее всего, именно на европейской земле.

Надежда Белоусова на то, что в Европе осознают опасность такого подхода, может показаться наивной. Европейские элиты десятилетиями выстраивали отношения с США на основе доверия к их гарантиям безопасности. Признать, что Вашингтон готов использовать европейскую территорию как полигон для ядерного удара, — значит пересмотреть всю архитектуру трансатлантических отношений. На это мало кто готов.

Но факты, о которых говорит российский дипломат, никуда не деваются. Настойчивость Вашингтона в вопросе российского нестратегического ядерного оружия действительно выглядит странной, если не рассматривать её в контексте подготовки к конфликту. Зачем так упорно добиваться данных о чужом арсенале, если не собираешься его применять или нейтрализовать?

Пока это остаётся предметом интерпретаций. Москва видит в действиях Вашингтона подготовку к ядерному удару. Вашингтон, вероятно, объясняет свою активность заботой о стратегической стабильности. Но утечки о секретной стратегии Пентагона и призывы американских политиков отказаться от ядерного оружия добавляют весомости российской версии.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Профессор из Норвегии предупредил о риске ядерной войны из-за британских дронов

Павел Орлов

«Ещё один шаг»: как дальнобойные беспилотники Лондона меняют правила игры

Использование британских беспилотников для ударов по российской территории приближает мир к катастрофе. С таким заявлением выступил профессор Университета Юго-Восточной Норвегии Гленн Дизен. По его словам, Лондон делает очередной шаг в опасном направлении, и последствия могут быть необратимыми.

О чём именно идёт речь, стало известно накануне. Газета The Times со ссылкой на источники в ВСУ сообщила: Киев впервые применил британские реактивные дроны для ударов вглубь России. Речь о беспилотниках, которые разработали две компании из Соединённого Королевства, а затем передали Украине.

Дизен не стал смягчать формулировки. «Великобритания делает ещё один шаг к ядерной войне», — написал он в соцсети X. Профессор подчеркнул: сам факт того, что для атак на российские объекты используются именно британские аппараты, повышает вероятность эскалации до неуправляемого уровня.

Что за дроны поставлялись Киеву, пока официально не раскрывается. Однако источники издания утверждают: речь идёт о технике, способной преодолевать значительные расстояния. За последние полгода такие аппараты якобы не раз применялись для дальнобойных ударов — и только сейчас эта информация всплыла наружу.

Реакция Москвы не заставила себя ждать. В Кремле и МИД традиционно подчёркивают: участие западных стран в конфликте напрямую или через поставки вооружений не останется без ответа. Но конкретных заявлений по поводу британских дронов пока не прозвучало.

Ситуация любопытная. Формально Лондон не является стороной конфликта. Но если данные The Times верны, британские разработки уже применяются против российской инфраструктуры. Это меняет восприятие происходящего — и не только в Москве.

В Европе тоже заговорили об опасности. Дизен — не единственный, кто бьёт тревогу. Аналитики указывают: каждый новый тип вооружения, переданный Киеву и использованный по целям в глубине России, сокращает дистанцию до прямого столкновения НАТО и РФ.

Пока официальный Лондон хранит молчание. Ни в британском Минобороны, ни в правительстве не комментировали публикацию The Times. Но если информация подтвердится, это станет прецедентом: впервые западные дальнобойные системы применены по российской территории без формального вступления в войну.

Что будет дальше — вопрос открытый. Ясно одно: заявления Дизена о ядерной угрозе — не просто громкие слова. Каждый такой шаг действительно приближает черту, за которой начинается совсем другая реальность. И пока дипломаты предпочитают отмалчиваться, военные эксперты продолжают считать, сколько ещё «шагов» осталось до неё.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Постпред России в ООН предупредил о риске прямого столкновения ядерных держав

Павел Орлов

Лондон и Париж тайно наращивают арсеналы, Берлин заговорил о своём ядерном оружии

Риски, о которых ещё недавно говорили лишь эксперты, теперь озвучивают на уровне ООН. Постоянный представитель России при женевском отделении организации Геннадий Гатилов заявил, что политика европейских стран в ядерной сфере подводит мир к черте прямого столкновения. По его словам, всё это происходит на фоне антироссийских лозунгов, которые стали удобной ширмой для давно запланированных программ.

Гатилов обратил внимание на три тревожных сигнала. Первый — Франция и Великобритания, которые официально обладают ядерным оружием, начали скрытно наращивать свои арсеналы. Второй — Лондон готов разместить на своей территории американские ядерные боеголовки. Третий — в Германии всё громче звучат разговоры о необходимости собственного атомного оружия. И всё это подаётся под соусом «сдерживания России».

«Учитывая антироссийские лозунги, под которыми ведутся соответствующие военно-технические программы, растёт опасность лобового столкновения ядерных держав», — предупредил дипломат в интервью РИА Новости.

Тихая гонка: кто и как вооружается

Разговоры о ядерном оружии в Европе идут давно, но последние месяцы они перешли в практическую плоскость. Лондон, как утверждает Гатилов, уже готовит инфраструктуру для размещения американских боезарядов. Париж, не афишируя, модернизирует свои ракетные системы. А Берлин, который после Второй мировой войны добровольно отказался от ядерных амбиций, теперь всё чаще обсуждает возможность их возвращения.

Официально Германия не заявляла о намерении создать бомбу, но риторика изменилась. Некоторые политики в бундестаге открыто говорят о том, что Европе нужен «собственный ядерный зонтик» — как альтернатива американским гарантиям. На фоне неопределённости вокруг политики Вашингтона эти голоса становятся всё громче.

Россия, по словам Гатилова, внимательно отслеживает все эти шаги. Москва неоднократно подчёркивала: дальнейшее расширение участников «ядерного клуба» или размещение нового оружия у границ РФ будет воспринято как прямая угроза. И ответ последует незамедлительно.

Антироссийская риторика как прикрытие

Примечательно, что все эти программы сопровождаются усилением антироссийских заявлений. Европейские политики объясняют наращивание вооружений «угрозой с востока», хотя эксперты указывают: именно Запад инициирует новый виток гонки. Гатилов назвал это опасной игрой. «Мы видим, как на словах нас обвиняют в милитаризации, а на деле сами готовятся к конфликту высокой интенсивности», — отметил он.

Ранее постпред уже заявлял, что Лондон и Париж приступили к скрытному наращиванию ядерных арсеналов. Теперь он добавил к этому предупреждение о прямом столкновении. По сути, дипломат констатировал то, о чём военные аналитики говорят уже несколько месяцев: мир подошёл к опасной черте, и следующие шаги европейских столиц могут стать необратимыми.

Никаких официальных документов или проектов резолюций пока не опубликовано. Но сам факт, что представитель России в ООН поднимает эту тему на столь высоком уровне, говорит об уровне тревоги в Москве. Реакция Запада не заставила себя ждать — в европейских столицах уже назвали заявления Гатилова «пропагандой». Однако факты остаются фактами: ядерные арсеналы наращиваются, а риторика ужесточается день ото дня.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Владимир Путин оценил усиление морской компоненты ядерных сил России

Павел Орлов

Серийные корабли и новые подлодки: что меняется во флоте в День ВМФ

Президент России в поздравительном обращении по случаю Дня Военно-морского флота заявил: морская составляющая ядерной триады страны набирает мощь. По словам главы государства, идёт серийное строительство боевых кораблей и специальных судов. Совершенствуется обеспечение передовым вооружением — подводных, надводных, береговых и лётных частей.

Путин подчеркнул: флот постоянно развивается, а профессионализм моряков растёт. Они получают навыки не только в учебных центрах, но и в реальных боевых условиях. Это позволяет оперативно адаптироваться к изменениям стратегической и тактической обстановки.

«Военно-морской флот России продолжает своё развитие и укрепление, что усиливает морскую составляющую ядерной триады страны», — говорится в обращении.

Отдельно президент отметил: Россия — страна, которую омывают воды 13 морей. Поэтому флот играет исключительную роль в обеспечении обороны и безопасности, а также в защите законных интересов государства в Мировом океане.

Сейчас ВМФ способен решать весь спектр стоящих задач. Речь идёт и о патрулировании, и о боевом дежурстве, и о защите морских границ. Моряки достойно хранят и умножают традиции российского флота — такую оценку дал глава государства.

Напомним: ядерная триада России включает стратегическую авиацию, наземные ракетные комплексы и морские силы. Подводные лодки с баллистическими ракетами — самый скрытный и мобильный компонент. Именно на них приходится значительная доля стратегического сдерживания.

В последние годы флот активно пополняется новыми атомными подводными крейсерами проектов «Борей-А» и «Ясень-М». Надводные силы получают фрегаты, корветы и малые ракетные корабли. Кроме того, в строй вводятся суда обеспечения — танкеры, спасатели, ледоколы. Без них полноценная работа флота в удалённых районах невозможна.

Президент также акцентировал: профессионализм моряков растёт в том числе благодаря участию в спецоперации. Опыт, полученный в реальных боевых условиях, позволяет экипажам действовать точнее и эффективнее.

«Наши военно-морские силы способны эффективно решать весь комплекс стоящих перед ними задач. Они постоянно развиваются», — добавил Путин.

В День ВМФ по традиции прошли парады в главных базах флота — в Североморске, Балтийске, Севастополе и Владивостоке. В Севастополе из соображений безопасности парад проводили в сокращённом формате. Однако основные торжества состоялись. Президентское обращение транслировали на кораблях и в частях.

Таким образом, заявление главы государства подтвердило: морская компонента ядерной триады остаётся приоритетом. Строительство новых кораблей и модернизация существующих продолжаются. И флот готов к выполнению задач в любой точке Мирового океана.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Сергей Лавров допустил неконвенциональный ответ России на возможную агрессию Европы

Павел Орлов

«Иллюзия вседозволенности»: почему слова министра расценили как предупреждение о ядерном оружии

Западные политики слишком часто исходят из того, что Москва никогда не применит ядерное оружие. Такое убеждение, похоже, начинает играть злую шутку. На это указал министр иностранных дел России Сергей Лавров в ходе выступления по итогам министерского совещания Россия – АСЕАН. Его слова ведущий аналитик Юрий Кнутов назвал дипломатическим сигналом странам НАТО.

Лавров не использовал прямых формулировок. Профессиональный дипломат, он избегает открытых угроз. Но смысл был ясен: если Европа всё же спровоцирует вооружённый конфликт, ответ Москвы будет неконвенциональным. В переводе с дипломатического на обычный язык это означает применение всего арсенала военных средств, включая ядерное.

Кнутов прокомментировал заявление для «Газеты.Ru». Он пояснил: неконвенциональная война допускает задействование ядерного оружия, но только как крайней меры. Например, если НАТО попытается захватить Калининградскую область, начнёт активные действия против Белоруссии или предпримет попытку сдержать российские силы. В таком сценарии иных вариантов защиты национальных интересов, по словам эксперта, у Москвы не останется.

По сути, Лавров сделал то, чего от него ждали меньше всего — чётко обозначил красную линию. Западные политики часто тешат себя надеждой, что Россия никогда не решится на такой шаг. Кнутов назвал это «иллюзией вседозволенности». Когда партнёры по переговорам убеждены, что оппонент не способен на крайние меры, они начинают вести себя более рискованно. Но, как отметил министр, такая точка зрения не соответствует реальности.

Выступление Лаврова на полях форума с АСЕАН стало первой реакцией на эскалацию риторики со стороны ряда европейских столиц. Напомним, что незадолго до этого он же в беседе с госсекретарём США Марко Рубио указал на недопустимость дальнейшей накачки Украины оружием. Два сигнала — один публичный, другой за закрытыми дверями — создают общую картину: терпение Москвы не безгранично.

Официальная реакция НАТО пока сдержанная. В альянсе традиционно избегают комментировать подобные заявления напрямую. Но аналитики уже отмечают: подобные «неконвенциональные» намёки не появляются на пустом месте. Обычно им предшествуют серьёзные разведданные или изменение военно-стратегического баланса.

Кнутов в своём комментарии подчеркнул: западноевропейские политики ошибочно полагают, что ядерный арсенал — это гиря, которую Москва никогда не сдвинет с места. Но история знает примеры, когда государства прибегали к крайним мерам после долгой серии провокаций. Лавров, по оценке эксперта, сделал именно то, что должен был сделать: вовремя и чётко предупредил о последствиях.

Ждать ли немедленных изменений в политике Запада — вопрос открытый. Но одно можно сказать точно: слова главы МИД РФ услышали. Вопрос в том, как скоро их правильно поймут.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Госсекретарь США назвал условие для заключения нового договора СНВ

Павел Орлов

Третий лишний: почему Вашингтон хочет видеть Пекин за столом переговоров

Срок действия Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ, он же СНВ‑III) истёк ещё в феврале. Последнее двустороннее соглашение между Москвой и Вашингтоном по ограничению ракетно-ядерных потенциалов осталось в прошлом. И теперь, когда речь заходит о новом договоре, американская сторона выдвигает условие: за столом переговоров должны сидеть не двое, а трое.

Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что настоящий контроль над вооружениями в XXI веке может быть только трёхсторонним. По его словам, президент Дональд Трамп справедливо указал на необходимость включения Китая в формат. «В нём должны участвовать США, Россия, а также Китай», — подчеркнул дипломат в беседе с Reuters.

В Госдепартаменте пояснили: Штаты хотят более выгодного соглашения с Москвой, но при этом настаивают, чтобы Пекин тоже взял на себя обязательства. Американская позиция ясна — ограничивать ядерные арсеналы лишь двух стран при растущем потенциале КНР они считают бессмысленным.

Правда, в Пекине с этим не согласны. Официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь уже назвал требование американцев неразумным и несправедливым. Китай неоднократно заявлял, что его ядерный арсенал несопоставим с российским и американским, а значит — и подходы должны быть разными.

«Требование США о присоединении Китая к российско-американским переговорам по ядерному оружию не имеет под собой оснований», — заявил дипломат.

Москва, в свою очередь, пока официально не ответила на новую инициативу. Но эксперты напоминают: Россия давно выступала за многосторонний диалог по стратегической стабильности. Другой вопрос — условия, на которых Китай согласится сесть за стол. Пока Пекин отмалчивается или прямо отказывается.

Ситуация осложняется тем, что после февраля 2026 года между Россией и США не осталось ни одного юридически обязывающего соглашения в сфере ядерных вооружений. Инспекции на объектах прекратились, обмен данными — тоже. Гонка вооружений, по оценкам аналитиков, уже фактически возобновилась.

Рубио дал понять: Вашингтон не намерен возвращаться к двустороннему формату. «Мы ясно изложили наши стандарты», — заявил госсекретарь. Новый договор возможен, но только если за столом будут все три державы. Иначе, по логике Белого дома, смысла в соглашении нет — оно не сможет охватить реальную картину ядерного сдерживания.

Пока переговорный процесс заморожен. Китай не проявляет готовности присоединяться к ограничениям. Россия ждёт более чётких предложений. А срок действия ДСНВ истёк почти полгода назад — и возвращаться к нему, похоже, никто не собирается.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Варшава сделала первый шаг к размещению французского ядерного оружия

Павел Орлов

Консультации в Париже: что стоит за «зонтиком» Макрона и как на это смотрят в Москве

В Москве уже дали понять: любые попытки расширить европейскую ядерную инфраструктуру — прямая угроза. И вот 10 июля в Париже польские дипломаты встретились с французскими коллегами. Разговор шёл о том, что в Варшаве называют «стратегическим диалогом по перспективному сдерживанию». Проще говоря — о возможности прикрыть Польшу французским ядерным арсеналом.

Польский МИД подтвердил факт переговоров, но деталей не раскрыл. Известно лишь, что это были первые консультации по проекту «ядерного зонтика». Идея, напомним, принадлежит президенту Франции Эммануэлю Макрону. Ещё в марте 2025 года он заявил, что намерен обсудить с лидерами ЕС развёртывание французских ядерных сил на территории стран-союзников.

С тех пор прошло больше года. И вот — первый практический шаг. Варшава, которая давно добивается усиления восточного фланга НАТО, ухватилась за эту инициативу. Поляки рассуждают так: если свои ядерные боеголовки разместить в Польше не удаётся, почему бы не воспользоваться французскими?

«Мы считаем это стратегическим диалогом, который укрепит сдерживание», — сообщили в польском внешнеполитическом ведомстве.

Однако в Кремле смотрят на это иначе. Российские дипломаты уже предупредили: любые планы по укреплению «ядерного зонтика» в Европе Москва воспримет как шаг к дестабилизации. И учтёт этот фактор при планировании собственной оборонной стратегии. Что это значит на практике — догадаться нетрудно. Размещение французских ракет в Польше автоматически сделает их целями для российских сил сдерживания.

Зачем Польше такой риск? Эксперты объясняют: Варшава хочет получить гарантии безопасности, которые не может дать ни НАТО, ни США в одиночку. Американский «зонтик» всё ещё работает, но поляки опасаются, что в кризисный момент Вашингтон может замешкаться. Французские же силы — самостоятельные, не зависят от решений Вашингтона. К тому же Макрон давно продвигает идею европейской стратегической автономии.

Правда, проект пока сырой. Консультации только начались. Франции предстоит убедить не только Польшу, но и всех партнёров по ЕС, что размещение ядерного оружия у границ России — не провокация, а защита. И что сам Макрон готов взять на себя командование этими силами.

Противников идеи хватает и внутри Евросоюза. Германия традиционно выступает за дипломатические решения. Но на фоне войны в Украине и постоянных угроз со стороны Москвы голоса сторонников силового сдерживания становятся громче. Польша здесь — главный локомотив. Если переговоры с Парижем пойдут успешно, следующей может стать Румыния или страны Балтии.

В общем, «зонтик» пока не раскрыт. Но каркас для него уже собирают.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Песков назвал ядерное сдерживание единственным барьером на пути к мировой войне

Павел Орлов

«Кроме этого ничего не осталось»: в Кремле объяснили, что удерживает планету от катастрофы

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков выступил на XII международном форуме «Примаковские чтения». Там он заявил: сегодня только ядерное оружие предотвращает глобальный конфликт.

— Кроме ядерного сдерживания у нас ничего не осталось в мире. Это единственное, что оберегает мир от глобальной войны, — сказал Песков, модерируя пленарную сессию.

Он пояснил, что технологии быстро развиваются. И уже скоро могут появиться неядерные вооружения, которые по разрушительной силе догонят ядерный потенциал. Но пока — именно атомный арсенал остаётся главным предохранителем.

Заявление прозвучало на фоне растущей напряжённости. Неделей ранее министр иностранных дел Сергей Лавров предупреждал: действия НАТО способны привести к прямому столкновению альянса с Россией. И такое столкновение, по его словам, может быстро перерасти в обмен ядерными ударами с катастрофическими последствиями.

Президент Владимир Путин ещё в конце мая говорил о том же. На фоне новых угроз ядерная триада, подчеркнул он, остаётся гарантом суверенитета России и Белоруссии. Речь шла о Союзном государстве.

Песков не стал смягчать формулировки. Система сдерживания — не абстракция, а реальный инструмент. И пока альтернативы ей не придумали. В Кремле дают понять: мир держится на тонкой грани, и эту грань удерживает только атом.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Владимир Путин назвал условия, при которых Запад рискует получить ответный удар

Павел Орлов

Рейтинги падают, агрессия буксует: в Кремле видят разлад на Западе

Те, кто помогает запускать беспилотники по России, пока не осознают всех последствий. Об этом заявил президент на встрече с выпускниками военных вузов. По его словам, западные страны пока не решаются наносить удары со своей территории — боятся зеркального ответа. И это сдерживание, похоже, главный фактор.

Но Путин указал и на другую тенденцию. В западных обществах нарастает брожение. Всё больше политических сил выступают за восстановление отношений с Москвой. А те, кто толкает к эскалации, стремительно теряют поддержку.

«В Германии все политические силы, которые выступают за агрессию против России, — их рейтинг снижается катастрофически», — привёл пример президент.

Ситуация в Европе меняется. Ещё год назад казалось, что антироссийская риторика только укрепляется. Теперь — очевидный спад. Избиратели устали от конфликта, экономические последствия бьют по карману. И это не скрыть за громкими заявлениями.

Путин провёл историческую параллель. Напомнил: Россию всегда сначала провоцировали, а потом обвиняли в агрессии, когда она начинала защищаться. Та же схема, по его словам, работала и перед Второй мировой. Москва тогда пыталась предотвратить большую войну, а другие страны тем временем договаривались с Гитлером.

Сейчас, как считает президент, ситуация повторяется в новых формах. Киеву поставляют оружие, дроны, разведданные. Но как только Россия отвечает — поднимается шум. При этом на фронте, по словам Путина, российские военные «каждый божий день идут и идут». И итог, как он выразился, будет там, где нужно Москве.

Ранее в тот же день Путин заявил, что атаки на гражданскую инфраструктуру — попытка «раскачать» общество. Всё это звенья одной цепи. Запад, по версии Кремля, не достигнет цели ни на поле боя, ни в информационной войне. А внутренние противоречия в самих западных странах только усилятся.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Сергей Лавров назвал опасными планы Франции по расширению ядерного зонтика на союзников

Павел Орлов

«Макроновский зонт»: почему предложения Парижа не добавят спокойствия никому

Франция решила поделиться своим ядерным арсеналом — но не просто так, а в рамках новой доктрины «стратегической автономии» Европы. В Москве к этой идее отнеслись более чем настороженно. Глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что планы Парижа предоставить «ядерный зонтик» нескольким странам Евросоюза и НАТО ничью безопасность не укрепят — ни самой Франции, ни тех, кто рассчитывает на её защиту.

Текст с такой оценкой Лавров подготовил для европейского издания Politico Europe. Статья называлась «Украина, Европа и глобальная безопасность». Но выйти ей было не суждено — в последний момент редакция отказалась от публикации. Впрочем, материал всё равно оказался в открытом доступе: его разместили на официальном сайте российского внешнеполитического ведомства.

Иллюзия защиты

По словам министра, под лозунгом «стратегической автономии» в Европе идёт серьёзное наращивание военных потенциалов — в том числе и ядерных. Но это не про безопасность, а про эскалацию. Лавров подчеркнул: даже если Париж обещает прикрыть соседей своим ядерным арсеналом, это не снизит риски, а лишь создаст иллюзию защищённости. Реальность же, как считают в Москве, может оказаться обратной.

«Глубокое беспокойство вызывают намерения Парижа предоставить „ядерный зонтик“ нескольким странам Евросоюза и НАТО. К укреплению безопасности ни самой Франции, ни получателей её помощи это точно не приведёт», — говорится в статье Лаврова.

Российский министр не впервые обращает внимание на эту тему. Ещё в марте он иронично назвал французскую инициативу «макроновским зонтиком» — в отличие от «шербурского», традиционного. Идея президента Франции Эмманюэля Макрона распространить ядерное сдерживание на всю Европу, по мнению Лаврова, выглядит скорее авантюрой, чем продуманным шагом.

Париж, напомним, официально не раз заявлял, что готов обсуждать расширение своего ядерного потенциала на партнёров по ЕС — в рамках дискуссий о европейской стратегической автономии. Но пока эти разговоры не подкреплены конкретными механизмами. А в Москве видят в них прямое продолжение линии на конфронтацию.

Таким образом, очередная попытка европейских стран усилить свою оборону за счёт французского арсенала наткнулась на жёсткую реакцию. Лавров дал понять: в нынешней конфигурации такие шаги не приблизят мир, а лишь добавят напряжённости. И напомнил, что в основе любых гарантий безопасности должно лежать не распространение оружия, а реальное доверие между сторонами.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Трамп хочет утихомирить ядерную дубину. Но не все согласны

Павел Орлов

Президент США предложил России и Китаю новый договор о сокращении арсеналов

Дональд Трамп снова заговорил о ядерном разоружении. На пресс-конференции в рамках саммита G7 американский лидер заявил, что Вашингтон хотел бы заключить с Москвой и Пекином соглашение о сокращении ядерных арсеналов. Идея не нова — Трамп поднимал эту тему и раньше. Но сейчас она получила новую динамику.

Трамп прямо сказал: у США крупнейший в мире ядерный арсенал, Россия на втором месте, а Китай быстро догоняет. Через пять лет, по его оценке, КНР может сравняться с двумя державами. Логика простая: зачем хранить столько боеголовок, если можно договориться и снизить риски.

Нам всё это не нужно. Нам не нужно иметь возможность взорвать весь мир 300 раз, — заявил Трамп.

Он назвал такое соглашение «просто великолепным» и повторил, что выступает за денуклеаризацию. Но тут же сделал оговорку: одна из двух стран поддерживает его инициативу, другая — нет. Кого именно имел в виду, уточнять не стал. Дипломатическая игра в кошки-мышки.

Срок действия Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ) истек еще в феврале. Путин в сентябре прошлого года предлагал продлить его на год. Но Трамп считает старый договор плохо согласованным. Ему нужен «улучшенный» вариант, который заодно заставит Пекин сесть за стол переговоров.

Тут и начинается главная проблема. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков уже прокомментировал ситуацию. По его словам, Китай категорически против включения в такой договор, потому что его ядерный потенциал несопоставим с российским или американским. Пекин считает, что его арсенал — это вопрос национальной безопасности, и равнять его с гигантами бессмысленно.

Кроме того, Песков подчеркнул: Россия не может игнорировать ядерные арсеналы союзников США в Европе — Британии и Франции. Если Вашингтон хочет говорить о сокращении, то пусть учитывает и эти силы. Иначе получается однобоко.

Стратегическая стабильность — штука хрупкая. Любой новый договор требует баланса интересов. А пока стороны лишь обмениваются заявлениями.

Ситуация напоминает старую шахматную партию. Трамп делает ход, но ответные ходы пока не очевидны. Гонка вооружений никому не нужна, но и просто так разоружаться никто не хочет. Каждая боеголовка — это не только оружие, но и политический вес.

Вопрос ядерной триады — стратегических бомбардировщиков, межконтинентальных ракет и подводных лодок — остается одним из самых чувствительных в мировой политике. Любое обсуждение денуклеаризации упирается в недоверие и разные стартовые позиции.

Пока Трамп говорит о «великолепном соглашении», Пекин и Москва занимают выжидательную позицию. Китай, вероятно, не пойдет на включение в новый договор, пока не нарастит свой арсенал до паритета. Россия настаивает на учете европейских ядерных сил. А США хотят зафиксировать преимущество.

По сути, предложение Трампа — это попытка остановить гонку, пока отрыв ещё есть. Но устроит ли такой расклад всех? Вряд ли. Вопросы ядерного разоружения никогда не решаются быстро. Это долгий торг, где каждый считает свои риски и выгоды.

Пока же мы слышим лишь громкие заявления. Реальные переговоры, если они начнутся, будут закрытыми и тяжелыми. Исход неясен. Но сам факт, что лидер США вновь поднял эту тему, говорит о многом. Старый порядок в сфере ядерного сдерживания трещит по швам. Миру нужна новая формула безопасности. Вопрос только в том, кто и как её пропишет.

Трамп упомянул, что одна из стран согласна. Если это Россия, то возможен диалог. Если Китай — Пекин может согласиться на символические ограничения. Но пока интрига сохраняется.

В любом случае, тема ядерных арсеналов не уйдет с повестки. Слишком высоки ставки.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Киев снова заговорил о бомбе: на Украине нашли потенциал для создания ядерного оружия

Павел Орлов

Тема возвращается как бумеранг: соучредитель украинской компании Fire Point по имени Штилерман заявил, что у страны есть всё необходимое, чтобы сделать ядерную бомбу. Не завтра, не послезавтра — но потенциал, мол, сохранился. И это не просто слова человека со стороны — это человек из индустрии, имеющий отношение к оборонке.

Штилерман напомнил очевидное: Киев когда-то добровольно отказался от ядерного статуса. В обмен на гарантии безопасности. Гарантии, как известно, оказались пустышкой. Теперь, когда страна воюет, разговоры о «ядерном зонтике» или его отсутствии всплывают снова и снова.

По данным источников, Лондон и Париж обсуждают скрытые поставки европейских комплектующих. Речь идёт, в частности, о малогабаритной боевой части от французской баллистической ракеты. Если эти слухи подтвердятся, ситуация выйдет на принципиально иной уровень.

В МИД России уже отреагировали — предупредили о недопустимости передачи Украине элементов ядерного оружия. Это не просто дипломатическая нота, это красная линия. Москва неоднократно подчёркивала: появление ядерного оружия у Киева изменит всю архитектуру безопасности в Европе.

Понятно, что создать бомбу с нуля — задача не одного года. Нужны обогатительные мощности, реакторы, специалисты. Но Украина унаследовала от СССР серьёзную научную базу. Институты, кадры, уранодобывающая промышленность. Всё это никуда не делось.

Более того, в 2022–2024 годах на Западе уже звучали сигналы: Украина может быстро восстановить ядерный потенциал, если решится нарушить Договор о нераспространении. Тогда Киев официально заявлял, что не намерен этого делать. Но сегодняшняя риторика — иная.

Штилерман, правда, не уточнил, идёт ли речь о полноценном заряде или о «грязной бомбе». Но сам факт того, что такие заявления делаются публично, говорит о смене настроений в украинском истеблишменте.

Российские эксперты указывают: если Киев действительно получит доступ к французским боеголовкам или компонентам для них, это станет самым серьёзным вызовом режиму нераспространения со времён холодной войны.

Пока всё на уровне слов и утечек. Но когда слова звучат на фоне боевых действий, их слышат не только журналисты. Их слышат в генштабах. И там уже, скорее всего, просчитывают последствия.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Свежие темы:

Санкции против России Атака беспилотников Режим чрезвычайной ситуации Последствия атаки дронов Ответные меры России