Атаки на российские танкеры вызвали жёсткое предложение от депутата Госдумы
Подбит один — торпедируем два: в парламенте требуют отвечать симметрично
Утром 9 июля украинские беспилотники атаковали два танкера в Таганрогском заливе. Суда получили механические повреждения, экипажи эвакуировали. Об этом сообщили власти Ростовской области. Ночью под ударами оказались Тверская область и Ставропольский край — там зафиксировали возгорания на нефтяном резервуаре и промышленном объекте.
Реакция из Москвы не заставила себя ждать. Первый зампред комитета Госдумы по обороне Алексей Журавлёв заявил: пора перестать проявлять мягкость. По его словам, отвечать нужно зеркально — вплоть до подрыва и захвата украинских, европейских и американских судов.
«И, в конце концов, нужно перестать миндальничать, и в ответ точно так же подрывать и захватывать украинские, европейские и американские суда. Подбит один танкер — получите в ответ два торпедированных сухогруза. Только тогда такая практика сойдёт на нет», — сказал он в комментарии «Газете.Ru».
Это не первая атака. Накануне украинские дроны нанесли удар по двум нефтяным танкерам в Чёрном море, у терминала Каспийского трубопроводного консорциума. Суда Delta Harmony и Matilda повредили грузовое оборудование, но остались на плаву. Транспортировка нефти не прекратилась, однако риски для судоходства в регионе выросли.
Днём раньше, 8 июля, беспилотники атаковали американский танкер Yasa Polaris компании Chevron в районе Новороссийска. Судно шло на погрузку к тому же терминалу КТК. В ту же ночь российские средства ПВО уничтожили шесть украинских надводных дронов в Чёрном море. А всего за ночь сбили 452 беспилотных аппарата над Крымом и южными регионами страны.
Официальный представитель Кремля Дмитрий Песков назвал атаки украинских дронов на танкеры террористическим актом. Он подчеркнул, что эти действия направлены против объектов международной энергетической инфраструктуры.
Пока официальная позиция Кремля — терроризм. Предложение депутата Журавлёва — ответ, который пока остаётся на уровне слов. Вопрос в том, готовы ли в Москве перейти от заявлений к действиям на море.