Тегеран возложил на Вашингтон ответственность за нарушение режима прекращения огня на Ближнем Востоке
Ну вот, дождались. Иран официально заявил, что за срыв перемирия отвечают американцы. Не Израиль, не кто-то ещё — именно США. В МИД Ирана чётко обозначили позицию: Вашингтон нёс прямую ответственность за соблюдение договорённостей, но не справился.
«Очевидна прямая ответственность США как за нарушение режима прекращения огня в отношении Ирана, так и за нарушение Израилем режима прекращения огня в отношении Ливана», — подчеркнули в ведомстве.
В Тегеране считают, что нарушение перемирия на одном фронте означает его нарушение на всех фронтах. Логика железная: если договорённости не работают в одной точке, они не работают нигде.
При этом иранские дипломаты пока не подтвердили, но и не опровергли информацию о том, что Тегеран прекращает обмен посланиями с США из-за ударов Израиля по Ливану. Ранее агентство Tasnim сообщило, что переговорный процесс свёрнут на фоне обострения. Но официально — молчок. Видимо, оставляют пространство для манёвра.
Однако на этом новости не заканчиваются. Стало известно, что Иран намерен полностью перекрыть Ормузский пролив и активизировать военные действия в Баб-эль-Мандебском проливе. Это прямой удар по глобальной логистике. Ормуз — главная артерия для нефти из Персидского залива. Если его перекроют, цены на чёрное золото взлетят мгновенно, а мировые рынки начнёт лихорадить. Цель — усилить давление на Израиль и его союзников, прежде всего на США.
Для Тегерана этот шаг — козырь. Проливы — узкое место, где иранцы могут создать пробку, которая аукнется всему миру. Американцам придётся либо ввязываться в прямую конфронтацию в регионе, либо договариваться на условиях Ирана. Третьего не дано.
Ситуация накаляется. Перемирие, о котором договаривались с таким трудом, висит на волоске. Каждая из сторон перекладывает ответственность за срыв на другую. Иран бьёт по самому болезненному — по экономике и логистике. США, судя по всему, пока не готовы к жёсткому ответу, но и уступать не собираются. Ближний Восток снова балансирует на грани большой войны, и в этот раз ставки выше, чем обычно.