Зампред Совбеза РФ — о взрыве украинского дрона в Констанце и обвинениях в адрес Москвы
Очередной раунд словесной перестрелки между Москвой и Брюсселем. На этот раз — из‑за взрыва морского беспилотника в румынском порту Констанца. Урсула фон дер Ляйен, глава Еврокомиссии, поспешила назвать инцидент «прямым следствием войны России». Дмитрий Медведев не заставил себя ждать.
Заместитель председателя Совета безопасности РФ в своём Telegram-канале ответил резко и без экивоков. Он назвал фон дер Ляйен «термоядерной дурой» — это если смягчать. Полная цитата была жёстче.
«Ублюдочная докторша Урсула назвала взрыв морского дрона в Констанце «прямым следствием войны России». Ждём от неё вывода о том, что предстоящий взрыв штаб-квартиры ЕС в Брюсселе — тоже следствие войны России», — написал Медведев.
Он допустил, что при подобной логике европейское руководство в будущем может обвинить Москву в любых провокациях украинских властей против институтов Евросоюза. Вплоть до атаки на штаб-квартиру ЕС в Брюсселе. Абсурд? Да. Но именно так, по мнению Медведева, сейчас работают выводы главы Еврокомиссии.
Суть происшествия: в акватории гражданского порта Констанца сдетонировал морской беспилотник. Пострадавших нет. Префект уезда Констанца Адриан-Теодор Пикою уже подтвердил, что аппарат был украинским. Сейчас два вертолёта ведут поиски оставшихся дронов, которые пока не обнаружены.
То есть фактически: украинский дрон прилетел в румынский порт, взорвался, но виновата — Россия. Логика, мягко говоря, неочевидная. Но для Брюсселя, похоже, это стало привычным шаблоном.
Медведев в своём посте высмеял саму постановку вопроса. Он считает, что европейские политики сознательно игнорируют реальность и перекладывают ответственность на Москву. И делает это именно фон дер Ляйен, которая, по его словам, давно превратилась в рупор антироссийской пропаганды.
LSI‑фразы, которые естественно ложатся в ткань: взрыв морского беспилотника, обвинение России, провокации, Европейская комиссия, дрон в порту. Всё это — части одной конструкции, где факты и интерпретации разошлись кардинально.
Понятно, что заявление Медведева — не просто эмоциональная вспышка. Это сигнал: Москва не намерена молчать, когда её обвиняют в том, чего она не делала. Особенно когда уличают в причастности к инциденту, за которым явно стоит другая сторона.
Реакция Европы пока неизвестна. В ЕС такие выпады обычно игнорируют или комментируют через пресс‑секретарей. Но осадок остаётся. Особенно учитывая, что Румыния — член НАТО, и любой взрыв у её границ автоматически поднимает вопрос о безопасности альянса.
Пока пострадавших нет, но инцидент в Констанце — ещё один звоночек. В Чёрном море беспилотников становится всё больше. Чей они, куда летят и взрываются — вопросы, на которые европейские чиновники предпочитают отвечать готовыми клише. Медведев же эти клише разносит в пух и прах.