Компромисс уже был. Теперь, по словам Лаврова, от России ждут большего
Только что завершились переговоры на Аляске — и сразу новый виток давления. Глава МИД РФ Сергей Лавров, выступая на «Примаковских чтениях», озвучил то, о чём в кулуарах говорили последние дни. От Москвы требуют новых уступок. И это — после того, как Россия и США, казалось бы, нашли общий язык по Украине.
«Перед Анкориджем приезжал Уиткофф, привёз предложения — абсолютно конкретные, которые президент Путин взял в работу. Это уже был компромисс», — привёл слова министра «Интерфакс».
Лавров добавил: теперь российскую сторону просят пойти дальше. Каких именно шагов ждут — не уточняется. Но сам факт, что после фиксации договорённостей партнёры по переговорам снова поднимают планку, говорит о многом.
Анкориджский саммит стал важной вехой в диалоге двух стран. Встреча на высшем уровне позволила зафиксировать прекращение боевых действий на Украине и открыла дорогу для политического урегулирования. Но, как выясняется, это не точка, а всего лишь запятая.
В Кремле перспективы анкориджских договорённостей оценили сдержанно. Там не скрывают: подписанные документы — это не гарантия спокойной жизни, а старт для новых переговоров. И если партнёры воспринимают их как возможность выторговать ещё больше, диалог может снова зайти в тупик.
Спецпредставитель президента США Стив Уиткофф, по словам Лаврова, привёз в Москву предложения, которые были сочтены разумными. Путин их взял в работу. Именно эти договорённости легли в основу анкориджского компромисса. Но теперь, когда Москва пошла навстречу, следует новая заявка.
Что именно хотят от России западные партнёры? Возможно, речь идёт о дальнейших шагах по разблокировке активов, корректировке санкционных режимов или гарантиях безопасности для отдельных регионов. Лавров не стал вдаваться в детали, но дал понять: аппетит приходит во время переговоров.
Показательно, что заявление прозвучало в день, когда в Москве проходит крупный международный форум. «Примаковские чтения» — площадка, где внешнеполитическое ведомство привыкло говорить громко и прямо. И то, что Лавров выбрал именно её для такого заявления, — сигнал. Внутренней аудитории: мы не сдаём позиции. Внешней: мы фиксируем попытки пересмотреть уже достигнутое.
Впрочем, эксперты обращают внимание на нюанс. Лавров не сказал, что Москва отказывается от дальнейшего обсуждения. Он констатировал факт: нас просят о большем. Значит, диалог продолжается. Но теперь — уже с чётким пониманием: каждый новый шаг должен быть симметричным.
В Кремле на прямой вопрос о том, готовы ли к новым уступкам, ответили уклончиво. Напомнили: президент всегда говорил, что Россия готова к равноправному диалогу, но не к игре в одни ворота. Анкориджский компромисс — это максимум, который был возможен на тот момент.
Саммит на Аляске завершился всего несколько дней назад. Уже сейчас ясно: его результаты — не финальная точка, а лишь рамка для долгого переговорного процесса. И, судя по заявлению Лаврова, этот процесс будет непростым.