Турция зовет, США обещают, Трамп надеется: что происходит за кулисами переговорного процесса
Количество заявлений о необходимости возобновления российско-украинских переговоров растет с каждой неделей. При этом официальные контакты между Москвой и Киевом по-прежнему заморожены. Однако дипломатическая активность вокруг — визиты, сигналы, прогнозы — создает ощущение, что процесс сдвинулся с мертвой точки. Разбираемся, что за этим стоит.
Президент США Дональд Трамп снова высказался о сроках. В интервью Fox News он заявил, что конфликт может завершиться до окончания его президентского срока — то есть до января 2029 года. Признал: рассчитывал на более быстрое урегулирование, но процесс оказался сложнее. Контакты, по его словам, он поддерживает и с российским руководством, и с украинской стороной. Конкретных деталей Трамп не привел.
Почти одновременно Турция активизировала собственную дипломатию. Глава МИД Хакан Фидан приехал в Киев с двухдневным визитом. В Анкаре подчеркивают: обеспокоены интенсификацией боевых действий и ударами по гражданской инфраструктуре. Фидан намерен обсудить не только безопасность судоходства в Черном море, но и перспективы возобновления прямых переговоров между Россией и Украиной. Турки готовы предоставить площадку.
В Кремле, впрочем, сохраняют сдержанный тон. Пресс-секретарь Дмитрий Песков на брифинге 16 июля сообщил: Москва получает сигналы от Вашингтона о готовности вернуться к посредничеству. Но — после того как американцы разберутся с кризисом на Ближнем Востоке. Пока, по словам Пескова, предпосылок для запуска переговорного процесса нет.
«Российская Федерация сохраняет свою открытость для этого пути, — сказал он. — Но каких-то быстрых перспектив для возобновления переговорного процесса мы не фиксируем». При этом в Кремле подчеркнули: Киеву известен перечень шагов, необходимых для деэскалации.
Три сценария от аналитиков
Военные эксперты и политологи едины в одном: точную дату окончания СВО назвать невозможно. Слишком много переменных. Первая и главная — ситуация на фронте. Темпы продвижения, оперативная обстановка на ключевых участках, способность сторон удерживать инициативу — это база, от которой пляшут все прогнозы.
Второй фактор — политическая воля. Даже при наличии посредников переговоры возможны только тогда, когда все участники готовы обсуждать взаимоприемлемые варианты. Пока такой готовности нет.
Третий — объемы западной помощи Украине. Поставки оружия, финансирование бюджета, состояние энергосистемы — все это напрямую влияет на способность Киева продолжать боевые действия. Внутри западных стран растет усталость от многолетнего конфликта, бюджетные расходы давят на правительства.
На основе этих факторов аналитики выделяют три основные линии. Первый сценарий — постепенное возвращение к активным переговорам при изменении международной обстановки. Второй — сохранение текущего уровня противостояния без финального политического решения. Именно его многие называют наиболее вероятным. Третий — резкое изменение военно-политической ситуации, которое форсирует переговоры. Но это пока лишь гипотеза.
Конкретных дат завершения СВО официально не называется. Но сам факт того, что дипломатическая активность нарастает — визиты, заявления, сигналы — говорит: тема переговоров снова в центре повестки. Поиск политического решения продолжается, хотя до реальных договоренностей пока далеко.