Собрать из вешалок и запустить из леса: как диверсанты могли атаковать Подмосковье
Ночь на 20 июля стала одной из самых тяжёлых для Московской области за последние месяцы. Противник направил на столичный регион около четырёхсот беспилотников. Основную массу сбили на дальних подступах, ещё порядка восьмидесяти — на подлёте к Москве. Но несколько дронов прорвались. Они натворили бед в Подольске, Домодедове и Одинцове. Пострадали десять человек, среди них ребёнок.
В Домодедове один из пострадавших в тяжёлом состоянии. Ещё двое получили травмы: один — при пожаре в частном доме, второй — на трассе М-4, где беспилотник упал рядом с машиной. В Подольске повреждена котельная на улице Лапшенкова, частный дом в деревне Малое Толбино, несколько многоэтажек и автомобилей. Есть возгорание на территории индустриального парка «Южные врата». Дрон попал в верхний этаж жилого дома №20 на улице Курыжова в микрорайоне Южный, фасад серьёзно пострадал. В Одинцовском округе зафиксированы повреждения легкового автомобиля в Кубинке и ограждений частных домовладений.
Сразу после атаки встал вопрос: откуда запускали дроны? Дальность полёта даже современных моделей, таких как UJ-22 Airborne или «Бобёр», ограничена. По прямой — порядка 1200–1800 километров. Но чтобы добраться до цели, беспилотнику приходится петлять, огибать зоны ПВО, высотные здания и другие препятствия. В реальности получается до двух с половиной тысяч километров.
«Думаю, у противника есть двойная возможность — запускать со своей территории и с нашей. Но все-таки считаю, что осуществил он эти атаки с наших территорий», — говорит заслуженный военный лётчик, генерал-майор авиации Владимир Попов.
По его словам, в работе на противника на нашей территории могли участвовать до семи разрозненных групп. «Скорее всего, запускали диверсанты с южного или юго-западного направления. Беспилотники могли также идти с востока…» — поясняет эксперт.
На вопрос о том, насколько сложно осуществить запуск из леса, Попов отвечает коротко: элементарно. Для этого нужны самые простые сборные катапульты. Их собирают буквально из подручных материалов. «Из тех же вешалок для одежды собирается любая катапульта. Некоторые пластмассовые детали пригодны для того, чтобы собрать беспилотник. Двигатель — от той же бензопилы… Всё элементарно», — замечает генерал-майор.
Но одиночки такое провернуть не могут. За атаками стоит целая сеть.
Попов описывает схему: кто-то по разным адресам собирает отдельные детали — двигатели, фюзеляжи, взрывчатку, навигационное оборудование и системы управления. Потом комплектующие распределяют по схронам. Третьи группы организуют сам запуск. А финансирование и координация идут дистанционно — из-за рубежа. «Вот, пожалуйста, несколько ячеек, которые работают на нашей территории и которые до поры до времени себя никак не проявляют. Украинские спецслужбы занимаются вербовкой и дистанционно координируют подрывную деятельность», — резюмирует эксперт.
Напомним: это не первая массированная атака на Подмосковье за последние дни. Двумя днями ранее противник бил по Ногинску и Электростали. Тогда тоже были жертвы и разрушения. Сейчас оперативные службы разбирают завалы, устанавливают масштаб повреждений. Официальных заявлений о новых мерах защиты от запусков с территории России пока не поступало.