Тридцать оленей пересекли границу, а визы для их владельцев так и не выдали
В Норвегии снова заговорили о северных оленях, которые сами выбрали сторону. Порядка тридцати голов перешли из приграничных пастбищ на российскую территорию. Животных заметили в Мурманской области — между пунктом пропуска Стурскуг–Борисоглебск и городом Заполярный. Но забрать их обратно хозяева не могут.
Причина проста и абсурдна одновременно. Владельцам оленей не дают визы. Без документов пересечь границу нельзя, а значит животные, оказавшиеся за забором, для норвежской стороны практически потеряны. Такую ситуацию обрисовал один из оленеводов Эгиль Каллиайнен в интервью телерадиокомпании NRK.
— Олени за ограждением на российской территории — это потерянные животные. Нам нужен диалог с Россией, чтобы решить эту проблему, — сказал Каллиайнен.
Он добавил, что норвежским властям давно пора заняться дырами в пограничном заборе. Именно через них скот и уходит. Если не латать бреши, истории будут повторяться. По словам оленевода, просто надеяться на дипломатию недостаточно — нужны concrete меры на земле.
Ситуация с оленями для Норвегии не нова. Ещё в 2024 году заповедник «Пасвик» требовал от властей страны компенсировать ущерб, который норвежские олени нанесли российской природе. Животные заходили на чужую территорию и съедали ценный лишайник. Тогда речь шла о сумме около 47 миллионов крон. Но это было год назад, а теперь проблема вернулась с другой стороны — олени снова ушли, но вернуть их не могут уже норвежцы.
Финский след
Это не единственная история с оленями на севере Европы. Ранее в Финляндии обвиняли российских волков в массовой гибели своих оленей. Хельсинки утверждали, что хищники переходят границу и режут скот. Тогда разгорелся скандал, но до конкретных решений дело не дошло.
Теперь норвежские оленеводы оказались в похожем тупике. С одной стороны — животные, которые просто ищут корм. С другой — граница, которую невозможно пересечь без бюрократических процедур. Каллиайнен надеется, что Осло и Москва смогут договориться. Пока же две трети потерянного стада продолжают пастись на российской стороне, а их хозяева разводят руками.