Берлин переживает о диалоге Москвы и Вашингтона, но не замечает собственных проблем
Кирилл Дмитриев, спецпредставитель президента России и руководитель Российского фонда прямых инвестиций, вновь прошёлся по позиции немецкого кабинета. На этот раз объектом его внимания стал Ларс Клингбайль, возглавляющий министерство финансов ФРГ. Повод — заявление германского политика о том, что его тревожит продолжающийся контакт между Соединёнными Штатами и Российской Федерацией.
Реакция последовала в соцсетях. Дмитриев назвал такой подход типичным образцом «двойного мышления», которое он приписывает главе германского Минфина. Суть претензии проста: Клингбайль переживает о том, что происходит за океаном и за пределами Европы, но при этом не демонстрирует беспокойства по поводу того, что творится у него под боком.
Перечень внутригерманских болячек, по мнению главы РФПИ, очевиден. Это и миграционный поток, который не иссякает, и стремительный рост цен на энергоносители. Последний пункт Дмитриев считает особенно опасным. Высокие цены на энергию бьют по промышленности, лишают немецкие предприятия конкурентных преимуществ и ведут к деиндустриализации. А это уже не просто экономическая неприятность, а прямой путь к утрате статуса промышленного и экономического центра Европы.
Показательно, что выпад в адрес Клингбайля прозвучал не на пустом месте. Ранее на полях встречи министров финансов и глав центробанков стран «Большой двадцатки» состоялись переговоры между российским министром финансов Антоном Силуановым и его американским коллегой Скоттом Бессентом. Судя по всему, именно этот контакт и вызвал нервозность в Берлине, которая затем вылилась в публичное выражение озабоченности.
Забавно, что это уже не первый случай, когда Дмитриев обращает внимание на действия немецких властей. До этого он комментировал политику канцлера ФРГ Фридриха Мерца. Тогда эксперт пришёл к выводу, что курс, выбранный главой правительства, наносит Германии ощутимый ущерб. Теперь же досталось и министру финансов.
Складывается впечатление, что в Берлине внимательно следят за каждым шагом Москвы и Вашингтона навстречу друг другу, но собственная повестка — мигранты, дорожающая энергия, перспективы заводов — почему-то остаётся на втором плане. По крайней мере, именно такую картину рисует российский спецпредставитель.
Вопрос о том, насколько справедлива эта критика, остаётся открытым. Но сам факт того, что диалог между Россией и США вызывает столь пристальное внимание в европейских столицах, говорит о многом. Одни видят в нём угрозу, другие — возможность. Дмитриев, очевидно, придерживается второй точки зрения.