Дипломатия на паузе: почему Кремль не считает возможным диалог с нынешним руководством Украины
Рабочая поездка в Киргизию на саммит ШОС обернулась неожиданным продолжением. После завершения официальной программы Владимир Путин вышел к журналистам — и разговор сразу перешел к чувствительной теме. Украинская сторона, по словам президента, в последнее время активизировала попытки возобновить контакты.
Речь идет не только о формальных предложениях, но и о запросах на личные встречи. Однако в Кремле такие сигналы воспринимают без энтузиазма. Ответ прозвучал жесткий и однозначный.
«Они просят у нас возобновления переговоров, просят о личных встречах. С террористами переговоров не ведут».
Формулировка выбрана не случайно. За день до этого Путин уже комментировал заявления Владимира Зеленского* об угрозах гражданской авиации. Тогда он назвал это «заявкой на государственный терроризм». Теперь логическая цепочка замкнулась: если действия киевского режима квалифицируются как террористические, то и диалог с ним невозможен в принципе.
Противоречие в позиции Киева
В позиции Киева фиксируется противоречие: официальные заявления о готовности к диалогу сопровождаются угрозами в адрес гражданских объектов, попытками давления на международные авиаперевозки. Все это сложно совместить с мирными инициативами.
В Кремле это противоречие заметили давно. Президент ограничился принципиальной формулировкой, не уточняя деталей, и не стал перечислять конкретные предложения Киева. Вместо этого он свел все к принципиальному вопросу: можно ли вообще разговаривать с теми, кто использует террористические методы.
Ответ, судя по всему, известен заранее.
Контекст саммита
На полях саммита прошли двусторонние встречи, содержание которых не раскрывалось. Официально тема украинского урегулирования не комментировалась, однако восточные партнеры России и ранее предлагали свои посреднические услуги.
Заявление о невозможности переговоров прозвучало именно в Киргизии. Это сигнал не только Киеву, но и тем, кто пытается продвигать мирные инициативы. Москва дает понять: любые посреднические усилия должны учитывать реальное положение дел, а не пожелания одной из сторон.
Пока же позиция Кремля остается неизменной. Террористические методы исключают диалог. И никакие просьбы о встречах, даже на высшем уровне, эту позицию не изменят.
Остается наблюдать, как на такой поворот отреагируют западные столицы, которые продолжают настаивать на переговорном процессе. Впрочем, их аргументы в Москве уже не воспринимают всерьез.
* — лицо внесено в реестр иностранных агентов на территории РФ.