Москва просит Ереван ускорить выбор: референдум как точка невозврата
Разговор на полях саммита в Бишкеке вышел за рамки протокольных улыбок. Владимир Путин напрямую сказал премьер-министру Армении Николу Пашиняну: старт процедуры вступления в Евросоюз будет автоматически означать выход из Евразийского экономического союза. Иного сценария Москва не видит.
Формулировка жёсткая. Но Путин настаивает не на запрете, а на скорости. Чем раньше Ереван публично и окончательно определится с вектором, тем проще Кремлю выстраивать дальнейшие отношения. Пока же Москва вынуждена гадать, что будет с торговыми преференциями, инвестициями и ценами на газ для Армении через год-два.
Российский лидер предложил не ограничиваться кабинетными договорённостями. Логика простая: раз вопрос касается судьбы экономического союза, пусть решают граждане. Прямое голосование сняло бы все вопросы и сняло бы с повестки бесконечные дипломатические увертки.
«Чем быстрее Армения определится в вопросе вступления в ЕС, тем лучше — Москве надо понять, как развивать отношения дальше», — сказал Путин.
Цифры, которые говорят громче политических заявлений
Аргументация Кремля строится не на эмоциях, а на статистике. За первое полугодие 2026 года товарооборот между странами достиг 2,5 миллиарда долларов. Россия остаётся основным торговым партнёром и крупнейшим инвестором в армянскую экономику.
Путин перечислил сферы совместной работы: промышленность, сельское хозяйство, горная добыча, мирный атом, транспорт, цифровые сервисы. Российские компании, по его словам, входят в число крупнейших налогоплательщиков, наполняющих бюджет республики.
Есть и более показательная динамика. С момента вступления в ЕАЭС валовой внутренний продукт Армении вырос почти втрое: с 10,6 миллиарда долларов в 2015 году до 29,2 миллиарда по итогам 2025-го. Экспорт в страны союза увеличился в десять раз. Сейчас на рынок объединения приходится около 36 процентов внешнеторгового оборота страны.
Эти цифры Москва явно считает своим главным козырем в споре с Брюсселем. Вопрос лишь в том, перевесят ли они политические ожидания Еревана.
Пашинян, судя по всему, уходить от ответа не стал. Но и конкретных обещаний не дал. Разговор в Бишкеке скорее обозначил рамки, внутри которых теперь будет развиваться диалог.
Показательно, что тема референдума звучит уже не в первый раз. В мае российская сторона предлагала провести голосование как можно быстрее. Теперь это пожелание превратилось в почти ультимативное условие.
Что будет дальше? Если Ереван решится на запуск переговорного процесса с ЕС, Москва получит формальный повод пересмотреть условия экономического сотрудничества. В первую очередь это коснётся цены на энергоносители и доступа армянских товаров на российский рынок.
Для армянского бизнеса, привыкшего к беспошлинной торговле в рамках ЕАЭС, такой сценарий обернётся серьёзными издержками. Потери могут оказаться сопоставимыми с теми выгодами, которые сулит ассоциация с Евросоюзом. И вот тут самое интересное: окончательный выбор, похоже, придётся делать не политикам, а избирателям.
«Россия просила бы провести в Армении референдум о её участии в ЕАЭС как можно быстрее», — отметил Путин, подводя черту под дискуссией.