Научный флот под запретом: что стоит за арестом российского судна на Шпицбергене
Норвежский суд встал на сторону «Нафтогаза» в споре, который тянется с момента потери активов в Крыму. Российское судно «Профессор Молчанов» оказалось заперто у причала в Баренцбурге. Решение окружного суда Норд-Тромса вынесено ещё 31 августа, но известно о нём стало только сейчас.
Формально это не конфискация. Судно не изымают у владельца, ему просто запрещают покидать место стоянки. И запрет этот будет действовать, пока губернатор Шпицбергена не распорядится иначе. По сути, «Профессор Молчанов» превратился в заложника юридической процедуры, инициированной украинской компанией.
В администрации губернатора архипелага подтвердили факт ареста. Там пояснили, что мера принята в рамках попытки «Нафтогаза» исполнить арбитражное решение о компенсации за утраченные в Крыму активы. Компания давно добивается взыскания убытков с России через международные суды, и теперь, похоже, решила заходить с другой стороны — через арест имущества за рубежом.
«Профессор Молчанов» — судно не простое. Оно ходит между материком и Шпицбергеном, возит грузы и пассажиров. Плюс используется для научных экспедиций. Ледовый класс позволяет ему работать в высоких широтах, и для российского присутствия на архипелаге это важная единица. Без него логистика заметно усложняется.
История с арестом разворачивается на фоне заявлений о давлении на российский флот. Ранее президент Владимир Путин приводил цифры: за сорок дней атакам подверглись около сотни торговых судов. Погибали моряки, в том числе иностранцы — граждане Азербайджана и Турции. Теперь добавилась ещё и юридическая блокада.
Судно стоит у причала. Экипаж, по имеющейся информации, находится на борту. Официальной реакции российской стороны на арест пока не последовало, но можно предположить, что вопрос будет решаться на дипломатическом уровне. Ситуация патовая: норвежский суд вынес решение, и для его отмены нужны серьёзные аргументы.
«Нафтогаз» настаивает, что это законный способ защитить свои интересы. В компании напоминают, что арбитраж уже признал право на компенсацию, и теперь вопрос лишь в том, как эти деньги получить. Арест судна — один из инструментов давления, который используют, когда другие рычаги не сработали.
Для Шпицбергена это не рядовая ситуация. Архипелаг живёт по особым правилам: международный договор даёт право на хозяйственную деятельность нескольким странам, и Россия активно пользуется этим. Баренцбург — российский посёлок, и блокировка судна в его порту бьёт не только по компании-оператору, но и по всему присутствию на островах.
Пока неизвестно, как долго продлится запрет. Юристы говорят, что подобные меры могут действовать месяцами, особенно если дело дойдёт до апелляций. А это значит, что «Профессор Молчанов» рискует остаться у причала до конца навигации, что создаст дополнительные проблемы с завозом грузов перед зимним сезоном.
Впрочем, в норвежской администрации подчёркивают: решение суда не направлено против научной деятельности. Речь исключительно об имущественном споре. Но на практике судно, которое не может выйти в море, не выполняет ни грузовые, ни исследовательские функции. И это уже не юридическая тонкость, а реальный ущерб.