Норвежский арест научного судна обернулся дипломатическим скандалом с требованием объяснений
Москва задействовала все доступные рычаги для защиты российских граждан, оказавшихся в сложной ситуации на Шпицбергене. Официальный представитель МИД Мария Захарова заверила, что работа по оказанию помощи экипажу научно-исследовательского судна не прекращается ни на минуту.
«Я не буду раскрывать детали. Могу сказать, что эта работа не прекращается, и могу заверить, что будет сделано все для обеспечения безопасности российских граждан», — подчеркнула дипломат.
История получила развитие после того, как норвежские власти приняли решение об аресте судна. Окружной суд Нур-Тромса ещё 31 августа вынес соответствующее постановление, а уже 2 сентября о случившемся официально сообщили в Осло. Поводом для ареста послужил иск украинской компании «Нафтогаз».
Реакция российской стороны последовала незамедлительно. Посол Норвегии был вызван в МИД России, где ему в жёсткой форме заявили протест. От Осло потребовали конкретных шагов по урегулированию ситуации и разъяснений относительно правомерности таких действий.
Захарова не стала смягчать формулировки, назвав произошедшее очередным беззаконным актом западных государств в морских делах. Инцидент происходит в арктических водах, где правовой режим имеет специфику и требует особо аккуратного подхода.
Посол России в Осло Николай Корчунов пошёл ещё дальше в оценках. По его словам, российское диппредставительство квалифицирует случившееся как политически мотивированное нарушение международного права. Арест научного судна, которое не имеет никакого отношения к коммерческим спорам, выглядит по меньшей мере странно.
В МИД уже поступили обращения от родных и близких членов экспедиции Русского географического общества, которые находились на борту. Люди обеспокоены условиями содержания экипажа и тем, как долго может продлиться разбирательство.
Сам «Профессор Молчанов» — далеко не первое российское судно, столкнувшееся с притязаниями иностранных структур. Но именно этот случай привлёк особое внимание, поскольку речь идёт о гражданском научном флоте, занимавшемся исследовательской деятельностью в высоких широтах.
Правовой парадокс ситуации в том, что Шпицберген имеет особый международный статус. Договор 1920 года предоставляет странам-участницам равные права на хозяйственную деятельность в этом регионе. И Россия этими правами активно пользуется, что, видимо, и раздражает некоторых партнёров по арктической повестке.
Дальнейшие действия зависят от норвежской стороны. От того, как быстро Осло отреагирует на российские требования и найдёт ли способ урегулировать ситуацию без эскалации, зависит многое. В Москве ясно дали понять: безопасности россиян будет уделено первостепенное внимание, и останавливаться перед жёсткими ответными мерами никто не намерен.
Дипломатическая работа продолжается, детали пока не раскрываются. Но тон заявлений не оставляет сомнений: российская сторона настроена решительно и не собирается мириться с тем, что считает произволом в международных водах.