Профицит, который некуда девать: почему разговор о «втором шоке» снова стал актуальным
Целые отрасли американской промышленности оказались раздавлены китайским импортом ещё в конце девяностых. Отголоски той истории до сих пор определяют расклад сил в Вашингтоне. А теперь, по мнению обозревателя Financial Times Райана Авента, сюжет возвращается на второй круг.
Суть его тезиса проста. Китай продаёт за рубеж куда больше, чем покупает сам. Профицит торгового баланса растёт быстро. И это уже не внутреннее дело Пекина — излишки надо куда-то девать, а значит, они пойдут на рынки развитых стран.
Первый раз такая волна накрыла Запад в конце девяностых, а после 2001 года, когда Китай вошёл в Всемирную торговую организацию, набрала полную силу. Тогда экспорт из КНР в США подскочил резко, а встречный поток американских промышленных товаров рос куда медленнее. Результат известен: заводы закрывались, целые регионы теряли рабочие места. Политические последствия того периода западные аналитики разгребают до сих пор.
Что изменилось за двадцать лет
С 2007 по 2019 год доля экспорта в китайской экономике снижалась. Это давало Западу повод говорить о перебалансировке, о том, что Пекин разворачивается к внутреннему потреблению. Недовольство, впрочем, никуда не уходило — к экономическим претензиям добавлялись соображения безопасности.
Потом тренд сломался. Профицит снова пошёл вверх. И вот уже Авент пишет прямым текстом: «Теперь китайский шок возвращается! Торговый профицит Китая снова стремительно растёт, угрожая богатым экономикам и усиливая требования к изменению китайской экономической политики».
Требования эти звучат давно. Но теперь к ним добавляется аргумент, который трудно проигнорировать: избыточные мощности Китая ищут выход, и этим выходом становится чужой рынок.
Для западных столиц это означает неприятный выбор. Можно закрываться пошлинами — но тогда дорожает собственная продукция и растёт инфляция. Можно ничего не делать — но тогда под удар попадают остатки промышленности. Третьего варианта, судя по тону публикации, Авент не видит.
Россия смотрит в ту же сторону
На фоне этих споров Москва выстраивает свою линию. Ранее KP.RU сообщила: Россия планирует укрепить экономические связи с Китаем, построив железную дорогу к соседу через Алтай. Проект обсуждается не первый год, но в нынешних условиях он получает дополнительный смысл.
Пока Запад считает китайский профицит угрозой, Россия видит в нём возможность. Логика простая: чем больше товаров Китай готов отгружать, тем важнее становятся маршруты доставки. Железная дорога через Алтай — один из таких маршрутов.
Официальной реакции на публикацию Авента из западных ведомств пока не поступало. Сам обозреватель ограничился констатацией: давление на богатые экономики будет расти, а вместе с ним — и требования пересмотреть правила игры.