Облако, Матвиенко и трубка: кто кому что бросил в истории двадцатилетней давности
Запись есть. Скандала, похоже, не было. Участники «Иванушки International» опровергли рассказ Сергея Жукова о том, как лидеру «Руки Вверх!» грубо отказали в совместном треке. Андрей Григорьев-Апполонов прямо заявил: мол, никто в коллективе не помнит, чтобы кого-то посылали. И продюсер Игорь Матвиенко тоже не помнит.
Сама песня при этом существует. В этом и главная странность истории.
По версии Жукова, которую он озвучил ещё в июне, он захотел записать «Алешку» дуэтом с «Иванушками», связался с представителями группы — и получил хамский отказ. Якобы трубку просто бросили. Музыкант рассказывал об этом как о неприятном эпизоде, который осел в памяти.
В «Иванушках» отвечают иначе. Да, встреча была. Да, записали. Причём — внимание на деталь — не с самим Жуковым, а с одним из музыкантов «Руки Вверх!». Григорьев-Апполонов утверждает: версия композиции до сих пор лежит в облаке. То есть никуда не делась, не стёрта, не потеряна.
«То, что Сергей сказал, что типа послали его на фиг, никто этого не может вспомнить. Я этого не помню, и продюсер Матвиенко этого не помнит», — приводит слова артиста МУЗ-ТВ.
И вот тут самое интересное. Две версии не столько противоречат друг другу, сколько расходятся в деталях. Одна сторона говорит о грубости и брошенной трубке. Другая — о рабочем процессе и файле, который спокойно доживает свой век на сервере. Кто прав — вопрос открытый. Память у людей шоу-бизнеса избирательная, особенно когда речь идёт о событиях, которым уже не один год.
Стоит держать в голове и контекст. Жуков — не просто ветеран эстрады, а фигура, вокруг которой периодически всплывают финансовые сюжеты. Ранее сообщалось, что он задолжал налоговой более двух миллионов рублей. Точная сумма по индивидуальному предпринимательству — 2 146 976,03 рубля. К истории с «Алешкой» это отношения не имеет, но объясняет, почему любой публичный спор с его участием мгновенно обрастает дополнительными смыслами.
Что это значит для рынка ностальгии
Обе группы — из одного пласта. Конец девяностых, начало двухтысячных, стадионы, сборники, «Алешка», «Крошка моя», «Тучи». Публика у них пересекается почти полностью. И любой совместный трек — это не творчество ради творчества, а продукт с понятной коммерческой логикой: ностальгия хорошо продаётся на корпоративах, фестивалях и в стриминге.
Если верить «Иванушкам», материал уже записан. Через три-шесть месяцев такой трек мог бы спокойно выйти — к юбилею, к сборнику, к большому туру. Но для релиза нужна хотя бы видимость согласия между сторонами. А её сейчас нет. Публичный спор — плохая подложка для дуэта. Скорее всего, файл так и останется в облаке, а слушатели — с двумя несовпадающими версиями одной давней истории.
Для смежных отраслей эффект минимальный. Организаторы концертов и продюсеры корпоративов уже привыкли: если артисты не подтверждают дуэт официально, в райдер его не ставят. Никаких авансов, никаких афиш. Пока нет совместного заявления — нет и гонораров за совместное выступление.
Сам Жуков на новые комментарии «Иванушек» публично не отреагировал. Его позиция остаётся прежней: отказ был, и был он резким. В «Иванушках» же настаивают на другом — никакого отказа не было, а разговор, если и состоялся, то прошёл в рабочем ключе.
«Я этого не помню, и продюсер Матвиенко этого не помнит», — резюмировал Григорьев-Апполонов.