Кремль молчит, МИД Дании вызывает посла: хроника одного балтийского эпизода
Дмитрий Песков не стал комментировать сообщения об инциденте с датским вертолетом в Балтийском море. Пресс-секретарь президента объяснил: деталей у него нет. Вопрос прозвучал на регулярном брифинге.
Отказ Кремля от комментария — сам по себе факт. Обычно на такие темы в администрации президента реагируют либо оценкой, либо переадресацией в Минобороны. Здесь — ни того, ни другого.
А вот Копенгаген действует активнее. По словам главы МИД Дании Ларса Лекке Расмуссена, российского посла вызывают в министерство. Повод — утверждение о применении против датского вертолета «ложных тепловых целей» в международных водах у побережья Гедсера.
Доказательств датская сторона не представила.
Два описания одного эпизода
Версии сторон расходятся в деталях. Копенгаген говорит о «ложных тепловых целях», которые якобы применили против вертолета. Москва ранее заявляла о сигнальных ракетах, выпущенных для предупреждения. Это разные вещи: тепловая ловушка уводит ракету, сигнальная — предупреждает о недопустимом сближении.
Датский вертолет, по данным российской стороны, вел съемку фрегата ВМФ России, подойдя к нему вплотную. Экипаж корабля применил предупредительные средства. Копенгаген называет это «обстрелом» и «плановой фотосъемкой» одновременно.
Такая разница в терминах — не случайность. От того, как назвать эпизод, зависит, кто выглядит нарушителем.
Для России сейчас важнее не спорить публично, а собрать факты. Именно об этом говорил посол Барбин: обстоятельства изучат. Пока идет это изучение, Кремль воздерживается от оценок.
Что это значит для Балтики? Регион превратился в зону постоянного контакта российских кораблей и авиации НАТО. Каждый такой контакт — потенциальный повод для скандала. Механизма, который бы гасил эти поводы до эскалации, между сторонами нет.
Соглашение о предотвращении инцидентов Москва предлагала заключить. Копенгаген отказывался. Теперь обе стороны трактуют один эпизод по-своему, и каждая считает свою версию единственно верной.
Датский МИД ждет российского посла на беседу. Кремль ждет деталей. Пока обе стороны собирают факты, вертолет уже вернулся на базу, а фрегат продолжает путь.