Ночь пожаров и обесточенных районов: что известно к утру
Шестьдесят пять сбитых аппаратов за одну ночь. Четыре района Ростова-на-Дону остались без электричества. В Ярославле горит нефтеперерабатывающий завод. Это — короткая сводка событий, которые начались ближе к трём часам и к рассвету ещё не закончились.
Первым о себе дал знать Ростов. Беспилотники шли на военный аэродром. Часть дронов сбили на подлёте, но не все. По сообщениям, без света остались четыре района города — от центра до окраин. Параллельно в Новороссийске загорелось предприятие. Снова пожар. Снова ночь.
Ярославль получил свою порцию чуть позже. Здесь цель — нефтеперерабатывающий завод. Возгорание возникло на территории предприятия. Что именно горело — установка, резервуар или что-то ещё — в сводках не уточняется. Пострадавших, по предварительным данным, нет.
Счёт по регионам и что стоит за цифрами
Шестьдесят пять — это только те аппараты, которые удалось сбить. Сколько дошло до цели, никто не говорит. Официальные каналы отчитываются о работе ПВО, местные паблики выкладывают видео с чёрным дымом над промзоной. Между этими двумя картинами — привычный уже разрыв.
Ростов и Ярославль в одну ночь. География разбросана на тысячу километров. Это не первый такой налёт на Ярославский НПЗ — предприятие крупное, топливное, и внимание к нему объяснимо. Ростовский аэродром — цель иного рода, военная. Совпадение двух направлений в одну ночь говорит о планировании, а не о случайном рое.
«Пострадавших нет» — эта фраза повторяется в сводках по всем трём точкам. Пока это единственное, что объединяет Ростов, Ярославль и Новороссийск.
Про нефтепереработку стоит сказать отдельно. Ярославский завод — один из старейших в отрасли, обеспечивает топливом не только область, но и соседние регионы. Даже краткая остановка установки бьёт по поставкам бензина и дизеля. АЗС в радиусе сотен километров могут почувствовать это уже через неделю.
Что до Ростова, обесточенные районы — это не только бытовой дискомфорт. Это светофоры, котельные, водоканал. Восстановление займёт часы, а может, и сутки. Коммунальщики обычно справляются быстрее, чем принято думать, но каждая такая ночь — минус ресурс инфраструктуры.
Дроны против НПЗ — линия, которая тянется не первый месяц. Атаки на нефтепереработку стали регулярными с прошлого года. Сначала это были единичные случаи, теперь — система. Заводы латают, меняют оборудование, ставят защиту. Но каждая новая ночь показывает: защита не абсолютна.
Кстати, о цифрах. Шестьдесят пять сбитых — это заявка ПВО. Реальное число выпущенных аппаратов обычно выше. Разница оседает в отчётах как «незначительные повреждения» или не упоминается вовсе. Проверить невозможно ни то, ни другое.
Утро в Ростове началось с восстановления электричества. В Ярославле — с разбора того, что осталось от ночного пожара. В Новороссийске — с оценки ущерба на предприятии. Официальных комментариев о причинах и последствиях пока нет. Есть только сухие строки сводок: сбито, повреждено, пострадавших нет.
Что будет с поставками топлива из Ярославля — вопрос открытый. Если завод встанет надолго, регион начнёт искать альтернативные маршруты. А это — рост цен и очереди на заправках, как это уже было в отдельных областях. Через три-шесть месяцев картина станет яснее. Пока — пожар, дым и шестьдесят пять сбитых дронов в отчёте.
«Работают экстренные службы», — коротко сообщили в региональных ведомствах. Больше добавить к сказанному пока нечего.