«Мы сидим на одном армянском стуле»: премьер ответил на неудобный вопрос из Нью-Йорка
Вопрос прозвучал на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке. Никола Пашиняна спросили прямо: как Ереван собирается усидеть на двух стульях, если одновременно тянется к Брюсселю и сохраняет связи с Москвой? Ответ премьера оказался коротким.
Почему на двух стульях? Мы сидим на одном армянском стуле, — сказал он.
Пашинян повторил тезис, который в Ереване озвучивают последние годы: республика держит сбалансированный внешнеполитический курс. Ничего нового здесь нет. О таком подходе в армянской столице говорили и раньше, просто сейчас его пришлось повторить в присутствии мировой прессы.
А повод для уточнений был. За несколько дней до этого российский МИД выступил с предупреждением. Директор департамента европейских проблем Владислав Масленников призвал Ереван и рядовых граждан трезво взвесить, чем обернётся сближение с Евросоюзом. Дипломат оговорился: мол, выбор вектора — дело самих армян. Но риски евроинтеграции, по его словам, недооценивать не стоит.
Сергей Лавров высказывался ещё жёстче. Глава российского МИД усомнился в обещаниях Брюсселя и заявил, что ЕС с высокой вероятностью обманет Ереван. Механизма, при котором Армения реально окажется в составе объединения, Лавров, по его словам, не видит.
Что стоит за «армянским стулом»
Пашинян не назвал курс «балансированием между двумя стульями». Мол, никакого раздвоения нет — есть национальный интерес, и под него подстраиваются все внешние контакты. Торговля с Россией, рынок сбыта для армянской продукции, привычные логистические цепочки — всё это никуда не исчезает. Одновременно Ереван активно обсуждает с Брюсселем соглашения о партнёрстве, упрощении визового режима, доступе товаров на европейский рынок.
Совмещать такие вещи непросто. Каждый шаг навстречу ЕС в Москве читают как отход от союзнических обязательств. Каждый экономический контакт с Россией в Брюсселе воспринимают настороженно. Пашинян это понимает и потому предпочитает не называть происходящее «балансированием между двумя стульями» — слишком уж прозрачная метафора, слишком легко превращается в упрёк.
По словам армянских политологов, которых цитируют местные СМИ, за последние годы республика заметно охладела к структурам, где доминирует Москва. Это касается и Организации Договора о коллективной безопасности, участие в которой армянская сторона фактически заморозила. Тогда же Пашинян публично говорил, что инструментов ОДКБ и российско-армянского стратегического партнёрства оказалось недостаточно для гарантий безопасности страны.
Тем не менее полностью разорвать экономические связи с северным соседом Ереван не готов. Слишком многое завязано на российский рынок: продовольствие, вино, коньяк, трудовые миграционные потоки, денежные переводы. Резкий разворот ударил бы по бюджету и по семьям, которые живут на эти поступления.
Тихая линия вместо громких заявлений
Пашинян не назвал сроков и конкретных договорённостей с Брюсселем. Никаких громких обещаний. Короткая реплика про стул — и всё. Такой стиль вообще характерен для армянского премьера в последние месяцы: без лишней публичности, с акцентом на конкретные шаги.
Вопрос о евроинтеграции для Еревана остаётся чувствительным. С одной стороны, европейское направление сулит инвестиции, технологии, доступ к рынкам и политическую поддержку. С другой — Брюссель далеко, а Россия рядом, и у неё в регионе свои рычаги. Обещания ЕС, как напоминает Лавров, могут так и остаться обещаниями.
Сам Пашинян, судя по его словам, обещаний не боится. Он дал понять: Ереван не ждёт подвоха от европейских партнёров. Хотя прямо об этом в Нью-Йорке не говорил — ограничился тем, что курс остаётся прежним.
Что это означает на практике? Скорее всего, Армения продолжит осторожное сближение с ЕС, не разрывая экономических нитей с Россией. Насколько долго удастся удерживать такую конструкцию — вопрос открытый. Но пока официальная формулировка звучит так: один стул, армянский.