Больше тридцати допросов, двенадцать экспертиз — и первая версия: людей погубила не только погода
Следователи осмотрели место, изъяли документы и записи с камер. Допросили больше тридцати военнослужащих. И пришли к выводу, который в Генпрокуратуре Казахстана сформулировали без обиняков: безопасность личного состава никто толком не обеспечил.
Установлены должностные лица, подозреваемые в халатном отношении к службе, а также не обеспечившие контроль и принятие необходимых мер для обеспечения безопасности личного состава с учетом метеоусловий, ненадлежаще организовавшие спасательные работы, что повлекло гибель людей.
Так звучит официальное заявление надзорного органа. Речь идёт сразу о двух провалах — не просчитали погоду и плохо организовали спасение. Одно без другого, возможно, обошлось бы. Вместе они дали тот результат, который страна обсуждает второй день.
Уголовное дело возбудили по статьям о халатности на службе и нарушении правил кораблевождения. Назначено двенадцать экспертиз. Кто именно попал в число подозреваемых, в прокуратуре пока не называют — имена не озвучены.
Цифры, которые не сходятся
Картина трагедии до сих пор обрастает деталями. Сперва говорили о девятнадцати унесённых в море, потом цифра изменилась на семнадцать. Погибшими признаны двенадцать человек — одиннадцать матросов-срочников и один офицер. Троих вытащили живыми.
Ещё двоих искали дольше всех. Именно на них замыкалась поисковая операция, которую в Минобороны республики объявили завершённой. Учения Военно-морских сил проходили в Мангистауской области, когда погода резко испортилась. Ветер и волна сделали своё дело за считаные минуты.
Соболезнования и траур
День общенационального траура в Казахстане объявил президент Касым-Жомарт Токаев. Он же выразил признательность российскому лидеру Владимиру Путину за слова соболезнования. Токаев отметил, что в тяжёлый для страны час республика ценит сочувствие и солидарность российского народа.
Теперь у дела есть фигуранты, а у семей погибших — пусть и не окончательный, но ответ на вопрос «кто виноват». Остаётся второй: как такое вообще стало возможным на плановых учениях, где риск должен просчитываться заранее. Ответ на него дадут экспертизы и суд.
Официальных данных о сроках следствия в Генпрокуратуре не приводили.