Двадцать два погибших, разрешение на отстрел и вопрос, кто теперь отвечает за хищника у порога
Счет жертв среди людей открыт давно, но именно сейчас он стал аргументом для правительственного совещания. Двадцать два человека погибли от нападений медведей — цифра, которую в аппарате вице-премьера Дмитрия Патрушева называют основанием для срочных решений. Разговор с регионами шел о том, как остановить выходы зверя к жилью.
Главное, что обсуждалось: передать регионам право самим регулировать численность хищника. Сейчас эта процедура завязана на федеральные согласования, и на местах жалуются, что бумаги идут дольше, чем медведь успевает дойти до деревни. Если регионы получат полномочия, охотхозяйства смогут действовать быстрее.
По словам источника, знакомого с ходом совещания, речь шла не только о лицензиях. Обсуждали и мониторинг: где именно фиксируют зверей, как отслеживают их маршруты, кто первым выезжает на сигнал. В аппарате Патрушева подтвердили, что готовится целый пакет мер, а не одна поправка.
«В последнее время случаи выходов хищников к людям участились», — заявил вице-премьер по итогам встречи.
Наибольшее число инцидентов приходится на несколько регионов сразу. Точную географию в сообщении не раскрывают, но из разрозненных сводок видно: проблема не локальная, а тянется через несколько субъектов. Где-то медведи выходят к свалкам, где-то — к дачным поселкам, где-то забредают прямо в населенные пункты.
Почему зверь пошел к человеку
Причин несколько, и они накладываются друг на друга. Лесные пожары и вырубки сжимают привычные угодья. Кормовая база в тайге меняется год от года — неурожай ягод и кедрового ореха гонит медведя туда, где проще найти еду. А еда — это помойки, фермерские склады, пасеки. Плюс человек сам осваивает всё дальше от города: дороги, поселки, промзоны врезаются в старые миграционные коридоры.
Есть и сезонный фактор. Осенью зверь набирает жир перед спячкой, ищет калории и становится смелее. Голодный медведь теряет страх перед людьми быстрее, чем это принято считать. Отсюда — встречи на окраинах, на трассах, у мусорных контейнеров.
Министр природных ресурсов и экологии Александр Козлов участвовал в совещании. Его ведомство отвечает за нормативную часть: именно Минприроды придется оформлять новые правила, если решено расширить полномочия регионов. Пока конкретный механизм не обнародован.
Что изменится для жителей
Быстрых перемен ждать не стоит. Даже если регионы получат право самостоятельно регулировать численность, нужны обученные охотники, техника, четкий порядок действий при появлении зверя у жилья. В глубинке этого часто нет. Деревни стоят полупустые, местные егеря закрывают огромные территории в одиночку.
Вторая сторона — ответственность. Когда медведь задирает скот или выходит к школе, кто должен реагировать первым? Росприроднадзор, региональное охотнадзорное ведомство, полиция? На совещании эту развилку тоже поднимали. Без ясного ответа любые новые полномочия останутся на бумаге.
Третье — люди. Жителей придется учить простым вещам: не оставлять пищевые отходы на участке, не устраивать свалки у околицы, не подкармливать зверя ради фотографии. Медведь, привыкший к легкой еде у человеческого жилья, возвращается снова. И ведет за собой других.
«Правительство России готовит комплекс мер по предотвращению нападений медведей на граждан», — сообщили в аппарате вице-премьера.
Когда именно пакет решений будет готов, не уточняется. Совещание прошло, поручения розданы, дальше — работа министерств и регионов. Сколько времени займет согласование, зависит от того, насколько быстро ведомства договорятся между собой.
Пока же счет погибших — двадцать два человека — остается главным напоминанием, что промедление здесь стоит жизней. И это тот случай, когда бюрократическая скорость измеряется не днями заседаний, а расстоянием от тайги до ближайшего поселка.