Витекс добрался от Аджарии до Мзымты и теперь теснит краснокнижные растения
Чужеродное растение заметили сразу в двух точках курорта — на пляжах «Сириуса» и в районе реки Мзымта. Речь о витексе круглолистном, который в народе зовут прутняком. Информацию подтвердили в пресс-службе Сочинского национального парка.
Для отдыхающих угрозы нет. А вот местной флоре приходится туго.
Путь к сочинскому берегу сорняк проделал долгий. Изначально его родиной считаются тихоокеанские острова, где он известен как «пляжный витекс». Оттуда он расселился по миру. В середине восьмидесятых прутняк завезли из Кореи на юго-восток США — и с тех пор он оккупировал все песчаные дюны континента. Там его официально внесли в список вредных инвазионных видов.
В 2010 году растение впервые обнаружили в Грузии, в Аджарии. Спустя десять лет оно добралось до Абхазии. Плоды витекса лёгкие, их разносят течения и штормовые волны, которые выбрасывают семена прямо на берег. Так сорняк и добрался до российского побережья.
Почему с ним так трудно бороться
Витекс выделяет химические соединения, подавляющие соседей. Растёт быстро: ползучие стебли вытягиваются примерно на метр. К засухе устойчив. Птицы его плоды не едят, так что естественных врагов у сорняка здесь нет.
Листья при растирании в ладонях дают сильный пряный запах, похожий на шалфей.
Главная проблема в том, что пляжно-береговые зоны на курорте и без того небольшие. Хозяйственное освоение и антропогенная нагрузка давят на них постоянно. Пляжи Имеретинской низменности деградируют из-за нарушения береговых течений — его вызвало строительство порта в устье Мзымты.
Растения, которые тут выжили, давно приспособились к зоне заплеска. Многие занесены в Красную книгу России или Краснодарского края. Катран приморский, морская горчица черноморская, синеголовник морской — все они под угрозой.
Как пояснили в Сочинском национальном парке, именно хрупкость этих мест и делает витекс настолько опасным. Там, где местная флора держится на тонкой полосе песка, у агрессивного пришельца больше шансов закрепиться и пойти дальше.
Пока специалисты фиксируют единичные очаги. Что будут делать с ними дальше — в нацпарке не уточнили.