Два года форы, отставка в Токио и танки, которые успели собрать до июня
К концу тридцатых Советский Союз оказался в положении, когда союзников не было вовсе. Переговоры с Лондоном и Парижем о совместном отпоре гитлеровской агрессии тянулись месяцами и закончились ничем — конкретных военных обязательств западные партнёры на себя не взяли. Москва стучалась в одну дверь, потом в другую. Открыли только третью.
Так оценивают ситуацию историки, разбирая обстоятельства августа 1939 года. По их версии, подпись под договором о ненападении с Германией стала не выбором, а выходом из тупика.
Угроза изоляции висела не в воздухе. На востоке уже шли бои — у реки Халхин-Гол Красная армия дралась с японцами. Открыть ещё один фронт на западе означало войну на два направления, а это для страны, только набиравшей промышленную мощь, было бы катастрофой.
Что успели сделать за отсрочку
Договор дал почти два года. Их не потратили впустую. В серию пошли танки Т-34 и КВ, на конвейер встал штурмовик Ил-2. Численность РККА росла, механизированные корпуса переформировывались. Иллюзий насчёт долгого мира в Кремле не питали — именно поэтому перевооружение шло такими темпами.
Сработал пакт и на дальневосточном направлении. В Токио новость из Москвы восприняли как удар. Япония была связана с Германией Антикоминтерновским пактом и рассчитывала на согласованные действия. Вместо этого Берлин договорился с Москвой за спиной союзника. Правительство премьер-министра Киитиро Хиранумы ушло в отставку. А через два года появился советско-японский пакт о нейтралитете — и угроза войны на два фронта исчезла.
Западная граница страны отодвинулась в среднем на триста километров. Это тоже часть той отсрочки.
«Пакт Молотова-Риббентропа был нашей первой победой в дипломатической войне», — отмечают историки, подчёркивая: договор не означал союза с Гитлером, он лишь откладывал неизбежное.
Споры о том периоде не утихают. Но цифры простые: два года мира, триста километров буферной зоны, отставка японского кабинета. Всё это в итоге обернулось временем, которого так не хватало.