«Пробита ниша»: почему топливный контракт оказался важнее, чем просто поставки
Родион Мирошник, посол по особым поручениям российского МИД, назвал дизельную сделку между Москвой и Вашингтоном шагом к урегулированию украинского кризиса. Об этом он сказал в эфире программы «Соловьёв Live».
Дипломат не стал делать громких выводов и прямо предупредил: никакого обвала и разворота событий в обратную сторону не случилось. Но появился тренд. И над этим трендом, по его словам, работали долго и настойчиво.
Речь идёт о частичном снятии ограничений на экспорт российского дизельного топлива. Решение приняли после переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа. Россия на первом этапе готова поставить на мировой рынок около пятисот тысяч тонн дизеля.
Что стоит за формулировкой «определённый тренд»
Сама по себе цифра — пятьсот тысяч тонн — на фоне мирового потребления выглядит скромно. Здесь важен не объём, а сам факт: стороны договорились по конкретному экономическому вопросу, не дожидаясь полного урегулирования конфликта.
Мирошник объяснил, в чём было главное препятствие. На встречах представителей правительств обеих стран российская сторона не раз слышала одну и ту же позицию: проекты интересные, но сначала нужно разобраться с украинским вопросом, а к экономике вернёмся потом. Эта логика фактически ставила любое сотрудничество в очередь за политикой.
«Сейчас был создан серьёзный прецедент, пробита определённая ниша в этом направлении», — заявил дипломат.
Он подчеркнул: тема отдельного экономического взаимодействия между двумя странами обсуждалась давно. Дизельное соглашение стало первым практическим результатом этих разговоров.
На вопрос, стали ли стороны ближе к миру, Мирошник ответил осторожно. Да, но без иллюзий. Он прямо сказал, что не склонен к глобальным выводам.
«Ничего подобного не произошло. А вот появился только определённый тренд, над которым мы достаточно долго и активно работали», — отметил он.
Осторожность здесь понятна. Одна топливная сделка не решает ни территориальных споров, ни вопросов безопасности. Но она ломает схему, при которой экономика была заложником политики. И это, судя по реакции рынков, заметили не только в Москве.
Ранее сообщалось, что решение о смягчении экспортных ограничений приняли в рамках договорённостей президентов России и США. Минфин США уже снял часть санкций с российских нефтепродуктов.
По оценке Мирошника, говорить о кардинальном влиянии сделки на экономическую ситуацию пока нельзя — слишком многое зависит от объёмов, условий и сроков. Но сам прецедент он считает значимым. Первый шаг в направлении, которое раньше откладывали на потом, сделан.