Судостроители, автомобилестроители и связисты — кого ещё внесли в списки
Список пополнили 826 организаций и 743 человека. Все они, по версии европейских властей, так или иначе завязаны на российский оборонно-промышленный комплекс. Решение опубликовали в официальном журнале Евросоюза, и с этого момента оно работает.
Кто именно попал под удар? Перечень получился широким. Судостроение, автопром, радиоэлектроника, приборостроение, текстиль. В документе значатся «Адмиралтейские верфи», Выборгский и Кронштадтский морские заводы, «Мотовилихинские заводы», Горьковский автомобильный завод, предприятие «Ангстрем», НИИ парашютостроения. Список явно не случайный.
Как пояснил источник в европейских структурах, при подготовке опирались на реестр предприятий российского ОПК, у которых есть право на государственные субсидии. Проще говоря, брали тех, кого государство поддерживает деньгами.
Персонально — по руководителям
Среди физлиц — генеральный директор Объединённой ракетно-космической корпорации Сергей Гуреев, представитель «Российских космических систем» Дмитрий Автайкин, руководитель ВНИИ «Сигнал» Владимир Пименов. Под ограничения угодили и топ-менеджеры предприятий, работающих с «Роскосмосом», включая Научно-исследовательский институт точных приборов.
Что это означает на практике? Заморозка активов. Запрет на предоставление финансовых средств и экономических ресурсов. Для физических лиц — закрытый въезд в страны ЕС. Никаких исключений не предусмотрено.
«Западные ограничения не достигли заявленных целей, а экономика страны адаптировалась к ним» — такую позицию российских властей приводит РИА Новости.
Любопытная деталь. Этот санкционный список — не 22-й пакет. Его согласовали отдельно, как самостоятельное расширение. Послы стран ЕС одобрили документ ещё на прошлой неделе, добавив в общей сложности более полутора тысяч позиций. Reuters заранее сообщал о подготовке пакета примерно на 1650 включений и называл его крупнейшим расширением персональных санкций с 2022 года.
По данным европейского бюро Report, Совет ЕС ввёл ограничения против 1569 российских компаний и их руководителей, связанных с военно-промышленным комплексом. Цифры в разных источниках слегка расходятся — где-то говорят о 1646 позициях, где-то о 1569. Но масштаб понятен: такого размаха не было давно.
Для самих предприятий это означает разрыв с европейскими контрагентами, блокировку счетов в европейских банках, невозможность закупать оборудование и комплектующие на западных рынках. Для руководителей — запрет на поездки и заморозку любых активов, если они есть в юрисдикции ЕС.
Российская сторона не раз заявляла, что санкционное давление не даёт результата. Экономика приспособилась, говорят в Москве. Предприятия переориентировались на внутренний рынок и партнёров из дружественных стран. Насколько это соответствует реальности — вопрос отдельный. Но факт остаётся фактом: Европа продолжает наращивать списки. И останавливаться, судя по всему, не собирается.