Пока Трамп говорит о перемирии, Зеленский удивляется: о чём вообще речь
Пекин снова озвучил свою позицию по украинскому конфликту. Официальный представитель МИД КНР Мао Нин заявила, что диалог остаётся единственным путём к урегулированию. Китай, по её словам, поддерживает любые усилия, которые ведут к миру, и одобряет конструктивные шаги международных партнёров на пути к стабильности в Европе.
«Мы неизменно считаем, что диалог — это единственный путь к урегулированию кризиса, и поддерживаем все усилия, направленные на достижение мира», — приводит сообщение агентство Синьхуа.
Эта формулировка для китайского внешнеполитического ведомства не нова. Пекин придерживается её не первый год, повторяя на разных уровнях — от брифингов до встреч министров. Но сейчас она прозвучала на фоне новостей, которые добавили теме неопределённости.
Заявление, которого никто не подтвердил
Американский лидер Дональд Трамп сообщил, что Москва и Киев будто бы заключили соглашение о прекращении взаимных ударов по топливной и энергетической инфраструктуре. По его словам, руководство обеих стран уже одобрило эту инициативу.
Однако украинский президент Владимир Зеленский отреагировал иначе. Он заявил, что ему ничего не известно о подписании каких-либо договорённостей с Москвой по поводу приостановки ударов по объектам топливно-энергетического комплекса. Слова Трампа его, по собственному признанию, сильно удивили.
Получается, что заявления сторон расходятся. Одна говорит о достигнутом перемирии, другая — о полном неведении. Кто здесь ближе к истине, публично не подтвердил никто.
На этом фоне позиция Китая выглядит как напоминание о базовом принципе: без прямого разговора между сторонами любые договорённости остаются на бумаге. Пекин не впервые подчёркивает, что конфликтующие стороны должны сесть за стол и подписать всеобъемлющий мирный договор. Это и есть та самая «формула», которую Китай предлагает вместо разрозненных инициатив.
Пока же картина складывается противоречивая. Один участник процесса объявляет о перемирии, второй о нём не слышал, а третий — Пекин — настаивает, что путь к развязке один: переговоры. И никаких других вариантов китайская сторона не рассматривает.