Дроны добрались до серверов: почему одной копии данных теперь мало
Атаки беспилотников на площадки «Яндекса» и строящийся центр «Сбербанка» заставили рынок говорить о вещах, которые ещё год назад казались теорией. Речь о резервной инфраструктуре, способной поднять цифровые сервисы даже после прямого удара по основному контуру.
С предложением выступил заместитель президента — председателя правления «Ростелекома» Валерий Ермаков. Площадку он назвал центром обработки данных «судного дня» и пояснил: там должны лежать резервные копии, из которых можно быстро развернуть работу любых онлайн-сервисов.
Логика простая. Годы рынок строил инфраструктуру под эффективность: крупные игроки держали ключевые мощности на нескольких площадках, и это давало выигрыш в управлении. Сейчас тот же принцип обернулся уязвимостью. Бить по одному узлу оказалось выгоднее, чем по десяти.
Что именно произошло
Восьмого числа беспилотники ударили по дата-центру «Яндекса» в Сасово Рязанской области, затем — в Калуге и Владимире. Объект во Владимире остановился полностью, облачная платформа Yandex Cloud ушла в аварийный режим. Просадку почувствовали не только финансовые сервисы, но и поиск, карты, такси, почта, голосовой помощник.
Четырнадцатого октября под удар попал строящийся ЦОД «Сбербанка» в Балакове Саратовской области. Губернатор Роман Бусаргин сообщил о повреждении жилых домов и гибели человека. Банк подтвердил атаку, заявив, что системы работают штатно, а сотрудники не пострадали.
В ночь на то же четырнадцатое октября Минобороны отчиталось об отражении одной из крупнейших атак с начала осени: над страной уничтожили 902 дрона. На время останавливали работу аэропорты Москвы, Калуги, Пензы, Саратова, Ярославля, Волгограда, Нижнего Новгорода и Самары.
Картина складывается неприятная. Цифровая инфраструктура оказалась таким же объектом поражения, как нефтебаза или военный аэродром. И защищать её привычными методами не выходит.
«Сегодня стране требуется так называемый центр обработки данных «судного дня» — площадка, где хранятся резервные копии, позволяющие в случае чрезвычайной ситуации быстро восстановить работу любых онлайн-сервисов», — заявил Ермаков на форуме РБК Tech.
Слово «судного дня» в техническом контексте звучит громко, но за ним стоит понятная инженерная задача. Нужен географически удалённый контур, который переживёт удар по основной площадке и поднимет сервисы на резервных мощностях. По сути — второй парашют, только для данных.
Депутат Алексей Журавлёв ранее отмечал, что бизнес способен создавать собственные системы защиты, не дожидаясь решений сверху. В Госдуме после атаки на рязанский объект «Яндекса» говорили и жёстче: участвовать в защите инфраструктуры придётся всем.
Глава Минцифры Максут Шадаев сообщил, что его ведомство вместе с Минобороны обсуждает защиту дата-центров «Яндекса» после серии атак. То есть вопрос уже не в плоскости «надо ли», а в плоскости «как именно и за чей счёт».
Строить резервные ЦОДы — удовольствие дорогое. Земля, электричество, охлаждение, каналы связи, персонал. Для компании это удвоение части затрат без прямой выручки. С другой стороны, простой поиска, карт и платежей стоит бизнесу куда больше — репутация и отток пользователей восстанавливаются годами.
Есть и второй слой проблемы. Резервная копия бесполезна, если её негде развернуть и нечем синхронизировать. Значит, речь не только о новых зданиях с серверами, но и о регламентах переключения, о защищённых каналах, о людях, которые в момент сбоя не растеряются.
Пока предложение Ермакова — это заявка на дискуссию, а не утверждённый план. Кто будет платить за «судный день» цифровой инфраструктуры — государство, операторы связи или сами платформы — не решено. Ясно другое: атаки на дата-центры перестали быть сюжетом из фантастики. Они идут, и их последствия измеряются уже не гигабайтами, а остановленными аэропортами и молчащими сервисами.