Более ста сорока сбитых беспилотников и вопрос о том, чьё небо их пропустило
Сначала цифры. Только над Ленинградской областью, по данным военных, уничтожили больше 140 беспилотников. Всего же российские регионы в этот раз пытались атаковать свыше тысячи аппаратов. Именно на этом фоне высказался Анатолий Вассерман — депутат Госдумы, публицист, человек, чьи комментарии по украинскому направлению давно стали частью официальной риторики.
Его версия событий отличается от сухой сводки Минобороны. Беспилотники, утверждает парламентарий, шли через территорию Латвии. В самой республике, по его словам, объявляли воздушную тревогу — на случай, если аппараты упадут на её землю. То есть в Риге прекрасно понимали, что происходит над их головой.
Дальше Вассерман переходит к юридической стороне. Использование воздушного пространства одного государства для агрессии против третьего, напоминает он, делает страну-транзитёра соучастником. Норма старая, прописана в международном праве, но на практике применяется редко. Отсюда и его вывод: отвечать нужно адресно.
«Нам бить надо будет сразу в полную силу. Потому что уважают в мире либо тех, кто не поддается на провокации, либо тех, кто отвечает так, что провоцировать больше некому», — заявил депутат в разговоре с MK.RU.
Формулировка жёсткая, но не новая для Вассермана. Ещё в разговорах о кубанском направлении он рассуждал в похожем ключе: пока перехваты удаются, но если бы дроны дошли до объектов на земле, последствия были бы тяжёлыми. Тогда он говорил о Кубани, сейчас — о северо-западе. Логика одна: прикрытие работает, но рассчитывать только на него нельзя.
Что стоит за словами о «полной силе»
Депутат не призывает к немедленной эскалации с НАТО — он оговаривается отдельно. Действовать, по его мнению, следует так, чтобы страны мирового большинства видели: Россия не нападает, а отвечает. Разница принципиальная. Речь о том, чтобы любой ответ выглядел как реакция, а не как инициатива.
В Госдуме похожие тезисы звучали и раньше. После массированных атак на Москву коллега Вассермана по оборонному комитету Андрей Колесник говорил, что ответ будет жёстким и направленным на военные объекты Украины. Никаких ударов по гражданской инфраструктуре тогда не анонсировали. Сейчас риторика та же, только география сместилась на север.
Почему Ленинградская область? Регион граничит с Эстонией и близок к Латвии, а через Балтику идёт плотное авиационное сообщение. Маршрут дронов в обход плотной ПВО центральной России выглядит логично. Если аппараты действительно шли через чужое воздушное пространство, это меняет картину: перехватывать их сложнее, а политические последствия шире.
Сам Вассерман известен не только как депутат. Уроженец Одессы, многократный победитель интеллектуальных игр, он годами комментирует украинский конфликт и не раз предсказывал структурные изменения в регионе. Его прогнозы редко совпадают с официальными сводками дословно, но общий тон обычно совпадает с линией ведомств.
Что будет дальше — вопрос открытый. Военные традиционно не комментируют будущие операции, а парламентарии вроде Вассермана обозначают рамку, не называя сроков. Ясно одно: разговор о соучастии стран, пропускающих дроны через своё небо, перестал быть теоретическим. По крайней мере, на уровне публичных заявлений.