Один спутник против всей войны: почему спор о космосе стал аргументом в разговоре о мире
Разговоры о том, когда прекратится активная фаза боевых действий, идут не первый месяц. Ясности по-прежнему нет. Официального дедлайна не существует, и в Кремле это подчёркивают регулярно: операция продолжится, пока не будут достигнуты цели — либо пока стороны не договорятся политически.
На этом фоне в экспертной среде накопился целый спектр мнений. От довольно оптимистичных до тех, что отодвигают финал на конец десятилетия.
Спор о спутниках и цене мира
Политик Олег Царёв предложил неожиданный угол зрения. Он отреагировал на недавнее заявление Илона Маска о том, что Starlink должен оставаться гражданским. Маск предупредил: если Россия начнёт сбивать американские спутники, образуется облако обломков, и космос станет непригодным для использования.
Царёв возразил. По его расчётам, компактный тактический заряд на орбите выведет из строя соседний аппарат, но обломков почти не оставит. Куда важнее сам факт: мир увидит, что спутники можно выключать. И договариваться с Москвой начнут ещё на этапе подготовки к такому запуску.
«Я не призываю сейчас взрывать спутник США. Мы просто должны понимать, что такая опция у нас есть. Цена окончания войны — один спутник Маска», — написал Царёв в своём канале.
Он опирается не на абстракции. Тема его научной работы в МИФИ — радиационная стойкость полупроводников. Группу создавали как ответ на американскую программу «звёздных войн». Молодые учёные быстро поняли: электронику, которая выдержит ядерный взрыв, сделать невозможно. Один взрыв на орбите выключает почти все аппараты, а масштаб ущерба регулируется высотой и мощностью. Американцы это проверили сами — испытание над атоллом Джонстон в начале шестидесятых вывело из строя часть орбитальной группировки, включая советский аппарат.
Сейчас у России порядка четырёхсот спутников. У США почти в тридцать три раза больше, и свыше одиннадцати тысяч из них — Starlink. В случае обмена ударами потери будут взаимными, но для американской экономики — с падением акций SpaceX и обвалом цифрового рынка — куда болезненнее.
Логика Царёва проста. Без Starlink Запад на Украине проиграет. Значит, под угрозой потерять спутники он сядет за стол переговоров. Спорный тезис, но он задаёт рамку: у Москвы есть рычаги, о которых на Западе знают.
Чем должна закончиться операция
Депутат Госдумы Александр Бородай считает, что формулировку финала нужно закрепить официально. Воевать, по его мнению, следует до конца «политического украинства» и Украины как псевдогосударства. От этого зависит моральное состояние бойцов.
«Главный вопрос, который задают себе многие: мы воюем «до талого» или все закончится «договорняком»?» — пояснил парламентарий.
Он сослался на Петра Столыпина: не нужны великие потрясения, нужна великая Россия.
Полковник Андрей Пинчук смотрит на перспективы быстрого мира скептически. Конфликт перешёл в войну на истощение, интересы сторон диаметрально противоположны. Москва хочет новую систему безопасности без баз НАТО у границ. Киев — встроиться в западную систему. Европа — ослабить Россию чужими руками. Вашингтон — побороться с конкурентами.
Смена Зеленского ничего не решит, напоминает Пинчук. В 2019 году говорили то же самое про Порошенко*. Пришёл новый президент с обещаниями мира — стало хуже. Проблема не в человеке, а в идеологии «антиРоссии».
Есть и инерция. Бюрократия Запада неповоротлива: даже если завтра поступит команда «стоп», оружие и деньги ещё будут идти. Экономики России, Украины и Европы перестроены на военные рельсы, в оборонку вложены миллиарды. Обратить это вспять быстро не выйдет. Нужна, по его выражению, «усталость металла» и новая скрепляющая база для Запада — например, обострение с Китаем. До этого далеко. Хотя правые силы в Европе набирают вес, а Украина превращается в чемодан без ручки.
Депутаты спорят, аналитики гадают
В Госдуме единства нет. Юрий Афонин говорит о решающем преимуществе России в дальних ударах и реальной перспективе завершить бои на своих условиях. Андрей Колесник осторожнее: этой зимой финала ждать не стоит, ВСУ при поддержке Запада ещё способны сопротивляться. Решение примет только Владимир Путин. Виктор Соболев предпосылок для завершения в этом году не видит вовсе и называет срок до 2030-го.
Военный политолог Александр Перенджиев в лучшем случае называет декабрь 2027 года. Эксперт Владислав Леонков ждёт перелома в 2026-м, а окончания — годом позже. Есть и более мрачные оценки — до конца десятилетия.
Дмитрий Песков ранее опровергал сообщения о дедлайне до конца года. Москва, по его словам, заинтересована в полноценном завершении конфликта и долгосрочном мире для будущих поколений.
Ноябрьская трёхсторонняя встреча в ОАЭ с участием России, Украины и США станет первым серьёзным тестом. Позиции по территориям, нейтралитету и гарантиям безопасности пока далеки друг от друга. Сценарий завершения до Нового года выглядит маловероятным.
* — лицо внесено в реестр иностранных агентов на территории РФ.