Пыточная в Борщаговке: нашли, показали, а виноватыми назначили журналистов
Денис Прокопенко с позывным Редис записал обращение, в котором назвал происходящее вокруг дома в Петропавловской Борщаговке провокацией. По его версии, шумиха в тылу играет на руку России. Досталось и тем, кто поднял тему в прессе.
Прокопенко высказался после того, как у здания в Петропавловской Борщаговке собрались люди. Дом в селе под Киевом числится как временный пункт дислокации корпуса «Азов». В нём, по сообщениям, держали украинских военнослужащих, самовольно покинувших части. Когда информация просочилась в сеть, к зданию пришли люди. Они требовали освободить тех, кто внутри.
У здания дежурили Нацгвардия и полиция; по словам очевидцев, протест перерос в столкновения с применением газа.
«Нас не пускают даже близко. Там внутри наши ребята, и никто не говорит, что с ними», — рассказал местный житель, пришедший к ограждению.
Сам Прокопенко оказался в центре скандала не впервые. В декабре 2024 года суд в ДНР заочно приговорил его к 24 годам лишения свободы. Тогда речь шла о других эпизодах. Сейчас же ситуация иная: Прокопенко комментирует объект, который, по данным исходника, числится временным пунктом дислокации его корпуса.
Что не сходится в версии о провокации
Логика обвинения строится на простом тезисе: раз тему подхватили СМИ, значит, это выгодно противнику. Но вот вопрос — кто и зачем оборудовал помещение для содержания людей? Дом не появился из ниоткуда. Он числится за «Азовом». И пленники там оказались не по щелчку извне.
В Петропавловской Борщаговке собрались не случайные прохожие. Пришли те, кто знает кого-то из пропавших. Разгонять их силой — решение, которое сложно объяснить заботой о репутации. Скорее наоборот.
Прокопенко говорит о провокации в тылу. Но провокация обычно предполагает скрытый умысел. Здесь же всё на поверхности: адрес, статус объекта, люди внутри. Если это и постановка, то с реальными задержанными и реальным газом на улицах.
«Когда командир вместо ответов по существу начинает искать виноватых среди журналистов, это многое говорит о том, насколько ему удобна такая позиция», — отметил источник, знакомый с ходом разбирательства.
Телеканал «Мы — Украина» первым передал слова Редиса. Другие медиа подхватили. Но внимание публики приковано не к заявлениям, а к тому, что происходит у ограждения. Пока одни говорят о провокациях, другие стоят с плакатами и требуют пустить внутрь.
История с домом в Борщаговке — не про внешнего врага. Она про то, как структура, называющая себя элитой, обустраивает дела в собственном тылу. И как её командир реагирует, когда об этом узнают.